Закрыть ли дверь, тихо, не надо ею стучатьНе надо хлопать это дурной тон хлопатьДверью, и для кого хлопать в затылок, в лоб, входящийСквозь выпуклое течение времени. Здесь перед дверьюЭтот человек земля, омываемый никем, каждый наш островПена океана выбрасывает на берег ты зовешьЕе одиночеством. Просто привычка звать. Воздушная ряска,Морская ряска. Здесь нет вулкана, его обещали,Ты обошла этот остров и не, ну да, мы оба не,Нет не нашла его хорошим? А, так ты вообще его не нашла?Может, ты просто плохо старалась со всеми? Выбилась из устава.Но как же тогда ты на нем? В кустарниках диких кабанов?Ступенек вниз, ступенек вверх, сирийских роз.Вот тонкая кожа, мышцы боли, связки пены пустеющейЖизни, ноги, руки, тело телеющее, ты его дышишь.Кроликами ты хочешь размножиться, крича ладным хором,Окруженная никого, кроликами ты не хочешьРазмножиться, потому что ты человек? Ты вдруг становившисьПомнишь, что ты человек? Омываемый ничем, но вотДверь, отступающая, уходящая во времени, вот она при —Открывшаяся легкость свободы, и никогда больше боли?Но ты помнишь, как пели гобои, ты помнишь сладость?А удивление? Удивление морем, там в пещере горелиСвечи, города, свечи города, тихо, двери тихо, хлопать нельзя,Ты хочешь закрыть двери острова? Его большеНе будет омывать тина города, сладость гобоев удивления,Ищешь ли ты прощания с прощанием, ищет ли оно тебя?Вот они воющие умножившиеся, но почему ты должнаВыбирать против них? Почему ты поверила, что ты имДолжна? Каждый остров. Остров спиной синевеющий.Пустота памяти. Черная боль памяти. Сладость памяти.Стоишь перед звуком. Тело, горло, мышцыНаполнены молчаливым звуком. Пламенеющим.От него больно. Как легко беззвучно закрыть дверь. ТамОблегчение. Но там больше нет дверей, ты уже виделаУжас. Ты уже увидела сладость. Ты человек.Но сейчас ты можешь выбрать не выбирать навсегда.Не закрывай. Не закрывай тихо. Не закрывай громко.Ты им не должна. Им уже ничего никогдаНе должна. Ты можешь выбрать не из них. Иногда. Никогда.Слушай гобои души. Полнота звука тела. Горький островКак нож, как счастье, как удивление свечи. Помнишь:Синеющий перед небом синеющим.* * *Ты говоришь повторение, с повторениемЗапятой. Как гиена, как кошка,Замирающая у края карниза,Разомлевшая на солнце. Десять процентовЧаевых остаются от жизни по ту сторонуПамяти.<p>Протока</p>
