В ее пальцах блестело тонкое, сетчатое образование, покрывавшее виски и затылок морона.
— Что это у тебя? — спросил Скаддер и с любопытством нагнулся вперед.
Черити поднялась, пожала плечами и отвела руку с сетчатым веществом как можно дальше от себя.
— Не имею никакого понятия, — сказала она. — А возможно… и имею.
Она сжала эту сетку в кулаке и положила находку в карман куртки. Скаддер ошарашенно смотрел на нее.
— Пойдем, — решительно сказала она, — я хочу осмотреть еще нескольких. И если я найду то, что предполагаю, тогда губернатор Стоун должен будет ответить на многие мои вопросы.
Ничего не произошло. Гартман нажал еще раз, но раздался лишь слабый металлический треск.
В отчаянии и в то же время в гневе, он опустил ружье, обернулся — и в растерянности заметил то, что еще секунду назад являлось исправно функционировавшим лазерным ружьем.
Но то, что Гартман держал в руке сейчас, представляло из себя уже сильно измененное ружье. Оно не то чтобы было повреждено, у него лишь только немного укоротилась длина, там, где был установлен тяжелый блок с целевой автоматикой вместе с энергетическим контролем и прибором ночного видения, здесь теперь без всякого перехода начинался ствол.
Гартман вскрикнул и выронил оружие, будто бы металл вдруг накалился, и на несколько шагов отскочил назад.
Он неосторожно ударился затылком об один из приборов, свисавших с низкого потолка, и на корточках повернулся к выходу. Сердце его замерло. Казалось, будто бы невидимая железная рука легла ему на затылок и сдавила его.
Позади него стояло привидение.
О своей жуткой встречи с привидениями Гартман не рассказывал ни Нэт, ни Кайлу, но эта фигура стояла перед ним, большая, погруженная в ужасный, внутренний зеленый свет и настолько прозрачная, что он различал контуры находившихся за ней предметов, будто бы смотрел сквозь отдававшую зеленью водяную завесу. Гартман почувствовал, что каждый волос на его теле встал дыбом. Кожа на его лице натянулась и начала зудеть, словно бы он находился вблизи сильного электрического источника, пульс его сильно участился. Ему едва хватало воздуха. Вылезающими из орбиты глазами Гартман неподвижно уставился на эту фигуру, и хотя он не мог разобрать ее лица, но каким-то образом чувствовал, что оно отвечает на его взгляд.
Затем привидение подняло руку и подошло к нему. Гартман не шевелился, а оцепенело и неподвижно сидел на корточках, и привидение не довело своего движения до конца, а остановило зеленую светящуюся руку возле самого его лица. Казалось, какое-то мгновение оно еще колебалось — затем убрало руку назад. Гартман был уверен, что умер бы от страха, если бы привидение до него дотронулось.
В последний момент привидение еще смотрело на него, потом повернулось и, сделав шаг, вошло в стену машины и исчезло. Гартман неподвижно смотрел на то место, на котором оно стояло. Он находился в состоянии оцепенения и не мог ни думать, ни что-либо чувствовать.
Таким и нашли его мороны, с помощью лазера освободившие вход в кабину центрального управления глиссера и спустившиеся к нему вниз. Он не сопротивлялся, когда они схватили его и потащили за собой.
Ярко-красная вспышка от взрыва постепенно гасла, распадаясь на многочисленные прозрачные частички, таявшие подобно осколкам стекла, растворяемым в кислоте. При инфракрасном излучении стало видно, как столб горячего ионизированного и разреженного газа взметнулся вверх. Видимый свет состоял, главным образом, из атомов кислорода.
Космический корабль «Хоум Ран» удалялся от Земли. Огромные снаряды, светло-голубые, с коричневыми гранями, видимые даже невооруженным взглядом на расстоянии трехсот тысяч километров, разорвались позади корабля, затем впереди и под ним. На этом отрезке орбиты тень Земли больше не укрывала «Хоум Ран», а солнце находилось по другую сторону корабля. Черный бархат неба казался расшитым холодными белыми звездами, за пределами атмосферы Земли они не блестели и не дрожали.
