Прежде чем началось действо, профессору Хакелю предоставили возможность убедиться, что в этой странной треугольной комнате нет никаких хитроумных приспособлений или невидимых помощников. После чего Стив вошел внутрь, достал из кармана фонарик, лег на устланный ковром пол и закрыл глаза. Миссис Уэбб заперла дверь, а Хакель проверил, действительно ли она заперта.
— Просто я не хочу больше никаких таинственных исчезновений, — сказал он. — Засвидетельствуйте, на нем был скарабей.
Фин, вытянув шею, отметил, что репортер что-то записывает.
— Репортеры! — прошептал Стоуни с ядовитой миной. — Миссис Уэбб хотела обойтись без репортеров. Они всегда вносят непонятный сумбур. Но Стив настоял. Можно подумать...
Эрнестина появилась в дверях зала и позвала: «Стоуни! Телефон!»
Дюжина человек шикнула на нее. Стоуни попытался отмахнуться.
— Пусть перезвонят позже, — произнес он театральным шепотом.
— Это срочно, — сказала она непозволительно громко. — Мисс Эмили Блейз. Вы договаривались, ЭСВ-тест25.
— Та-та-та! — Он причмокнул клыками. — Совсем забыл. Извините.
Когда они с Эрнестиной удалились, в дверь тихой комнаты постучали изнутри. Миссис Уэбб отперла ее.
— Я не могу войти в транс, — пожаловался Стив, — Устроили тут чертов балаган.
— Стоуни позвали к телефону. Может, попробуем еще раз?
Ритуал запирания и проверки повторился.
Текли минуты, тишину нарушало только поскрипывание пера репортерской авторучки.
Хакель встал, на цыпочках подошел к двери, вынул ключ и заглянул в замочную скважину. Он вернулся, качая головой.
— Он выключил там свет. Ничего не видно.
— Чего ждать-то? — прошептал репортер. — Прохождения сквозь стену или чего-то в этом роде?
— А кто говорит о прохождении сквозь стену? — огрызнулся Хакель, но в тишине это прозвучало как крик, за что он получил целую порцию шиканий.
Прошла еще минута. Потом кто-то поднял шум.
Входя в зал, Фин отметил, что шторы были раздвинуты, но вскоре забыл об этом факте. Теперь он внезапно всплыл в памяти, когда Алан Форстер указал на окно и сказал:
Света в зале было немного, но достаточно, чтобы разглядеть маленький балкон с блестящими железными перилами. Примерно в десяти футах от балкона, в воздухе, строго по центру перил, стоял Стив. Он осветил свое лицо фонариком; приковав взоры аудитории, он ухмыльнулся и иронично-церемонно отвесил поклон.
— Невозможно! — срывающим голосом произнес Хакель. — Я должен знать, как... — Своими толстыми пальцами он был готов растерзать оконную задвижку, но миссис Уэбб схватила его за руку.
— Он в трансе, глупец! Что бы вы ни собирались сделать, не открывайте это окно и не шумите. Его нельзя будить слишком рано.
Поп-певец плавно покачивался вверх-вниз, словно подвешенный на куске эластика. Он посветил фонариком на левую руку, показывая, что под ней нет никакой опоры — хотя какая там могла быть опора, никто себе не представлял.
— Он на чем-то стоит, — пробормотал Хакель. — Он висит на веревке. Он каким-то образом пробрался на балкон.
Эти теории были настолько беспомощными, что миссис Уэбб ответила на них фырканьем.
— Я больше этого не вынесу! — Хакель внезапно рванулся вперед, ударив кулаком прямо по стеклу в попытке выбить задвижку.
Неожиданно свет и Стив пропали. Не успел Хакель открыть окно, как раздался тяжелый звук, тугой протяжный звон, словно какой-то великан стукнул своей гигантской вилкой по столу. Наконец окно распахнулось, и они выскочили наружу.
— Кажется, он упал, — крикнул Хакель, перегнувшись через перила.
Далеко внизу виднелось какое-то крошечное белое пятно.
— Полагаю, это он, — сказал Фин, заглянув вниз. Затем он перевел взгляд на тускло освещенные окна кабинета наверху. — Я вызову «скорую».
Люди продолжали высыпать на маленький балкон через двустворчатое окно; Фин с трудом протиснулся сквозь толпу обратно внутрь и помчался наверх, в кабинет.
Единственный свет, казалось, исходил от гудящего в камине огня. На диване, наполовину скрытом тенью, сидела Эрнестина, скрестив ноги по-турецки. Голова Стоуни и телефонная трубка едва просматривались сквозь африканские фиалки.
— Чрезвычайная ситуация, Стоуни. Наберите «скорую», 999. Быстро. Стив сорвался.
— О нет! — Толстые ноги Эрнестины разъединились и отчаянно понесли ее к двери.
Стоуни выглядел мрачным, но спокойным.
— Отбой, мисс Блейз, простите. Я должен немедленно позвонить в «скорую помощь». — Набирая номер, он спросил: — Сорвался в каком смысле?
— В самом ужасном. С четвертого этажа — звук был такой, словно он ударился о железную ограду внизу.
Священник четко повторил все это службе скорой помощи. Фин тем временем включил свет и быстро осмотрел комнату. Если, как предполагалось, Стива удерживали на веревке, то Эрнестина и Стоуни, скорее всего, являлись его ассистентами. Оба находились возле окна, под которым разыгралась трагедия, если это была трагедия.
