Коридор оказался довольно длинным. И здесь я впервые отметил повтор. Спустя метров пятьдесят всё увиденное ранее повторилось — на освещённой алым стене была изображена мультяшная крыса с разными глазами. Напротив неё на другой стене, сложно разбираемая надпись на незнакомом языке. Такое же грязное белое кресло и телевизор.
Разве что телевизор больше не шипел — в нём был дыра от камня Эстель.
БАМ! — послышался звук где-то совсем рядом.
Мы синхронно обернулись, но ничего не увидели. Я опустил голову, и заметил остатки волны пыли. Дохнуло застоявшемся воздухом.
Другого пути у нас не было, только вперёд. Часть стены и потолка провалились, образовав завал, через который проглядывала другая локация. Скорее всего, прямого пути в неё раньше не было, но перекрытие было покрыто внушительными трещинами.
— Ща покажу новую фишку, — предупредил Мерлин.
Полыхнуло синевой, и вслед за заревом обломки стены вывалились в помещение, имитирующее заброшенный храм.
Что бы здесь не происходило, мы уже в самом финале.
На каменном полу лежало несколько скелетов, не затронутых изменениями, а несколько других превратились в светящиеся многогранники.
При нашем появлении они из белых перекрасились в желтоватые и начали медленно подниматься.
Вперёд отправился весь арсенал способностей тьмы, света и хаоса.
Сражение со странным противником было достаточно долгим.
В конце они даже начали нас зажимать и вынудили отступить назад. Но в снова проснулась Тия и рывком устремилась в сторону, привлекая внимание монстров к себе.
То, что могло показаться самопожертвованием, было ловушкой для аббераций. Достаточно отдалившись, шаманка разлетелась ворохом янтарных мотыльков. Созданные силой хаоса они сумели уничтожить сразу троих врагов.
Хотя, конечно, странно так говорить про сражение светящихся янтарных точек со светящимися геометрическими фигурами.
Ещё один из монстров словно из ниоткуда появился передо мной, но его заблокировал покров, а второго шанса я ему не дал.
Дыра в убежище в рукав, и из под мантии в существо ударил поток света ионитов.
Это был эксперимент и нужно сказать, эффект вышел своеобразным.
В свете ионитов существо замирало, как и техноцит. Только в отличие от него ещё и надолго. Но здесь был неожиданный подводный камень — все способности, которые могли нанести хоть какой-то урон аберрации в свете ионитов тоже не работали, так что хоть мы и могли держать противника сколько угодно, навредить ему тоже при этом не удавалось. Как назло, существа были полупрозрачны, и просвечивались светом насквозь, так что даже со спины не подступиться, когда она в свете.
Локация мрачного заброшенного храма выходила на имитацию окон наружу. Или… настоящих окон? По идее мы не должны сейчас находиться у края сектора.
Пол был усеян костями. Аберрации бережно собрали всю технологическую часть с техноцита и часть некротической. Но всё равно оставила после себя много костей и даже чей-то череп.
Вдалеке стоял разбитый каменный алтарь, посвящённый неизвестному богу.
— Ну и странная же хрень эти аберрации, — не удержался Рейн. Обычно он спокойней всех реагировал на внешний вид монстров. Но тут я должен был с ним согласиться.
— Самый странный вид врагов, которые я видел в Стене.
— Это низшая форма, — сказала Белая. — Есть и высшая. Есть аберрации, похожие на людей. Но сознания в привычном понимании нет ни у одной.
— Если у них нет сознания, тогда что их ведёт? Программа?
— Я не знаю. Возможно, программа. Но я пока плохо понимаю их логику.
— А я, кажется, понимаю, — с удивлением сказала Сайна, будто сама не до конца верила своим словам.
Мы с Белой обернулись к ней.
— Они перенимают куски программы поведения того, что поглотили. Их действия — каша из алгоритмов ассимилированных существ.
— Хорошая теория, — одобрила Белая, и механистка довольно улыбнулась.
— Здесь спуск вниз, — обрадовал нас Кот, который уже находился рядом с окном.
Как я и предполагал, оно не было настоящим.
По ту сторону высокого готичного окна с полукруглой аркой оказался утопающий в зелени оазис под яркими лампами. Я даже мог разглядеть и потрогать крошечные лампочки. Это были не светодиоды, но что-то похожее, только с использованием маленького белого камня.
Свет был успокаивающим, мягким и будто живым. Наверное, потому я так заинтересовался его источником.
Вниз спускалась выложенная изящной плиткой дорожка. Сама плитка — мрамор, сменявшийся полупрозрачным зелёным камнем, напоминавшим изумруд. Растения в клумбах вокруг спускались вниз по всей спирали лестницы.
— Переход на шестнадцатый, — сглотнула Белая.
Я снова посмотрел на девушку, подмечая реакцию.
Дыхание участилось. Глаза расширились. Губы она периодически поджимала и едва заметно покусывала и не замечала, как раз в несколько минут убирала за ухо непослушную белую прядь, лезущую в глаза.
— Что скажешь про место? — спросил я у неё.
Она чуть вздрогнула и не глядя бросила.
— Нужно спуститься. Увидеть.
Я шагнул следом за ней вниз.
