Вот только у судьбы, как это водится в Стене, были несколько иные планы на этот счёт.
Не успели мы обследовать две новые двери, как меня окликнул Ильгор.
— Эй Арк, здесь терминал.
Я с удивлением посмотрел на совершенно лишний и чуждый локации атлантов ржавый и побитый жизнью механизм, выехавший из пола.
Терминал гордо сиял ярко-алым восклицательным знаком, намекая на срочность послания.
— Прорыв?.. — задумалась Белая и посмотрела на меня. Первый её порыв был подскочить к терминалу самой.
Однако на этот раз послание касалось вовсе не смотрителей в целом, а конкретно меня. Ну, и ещё одного мудака где-то в толще Стены.
Внимание, корректор! Зафиксирована жалоба на искажение структуры сектора.
Начат процесс принудительной ассимиляции сектора мематической ветвью.
— И какого хрена это значит? — я обернулся к Белой.
Та застыла, словно ледяное изваяние.
— Тебе что-то известно об этом, — понял я.
— Нет, подобное я встречаю впервые. Я просто пытаюсь осознать, — осторожно сказала Белая.
— Мематическая ветвь, это как у той птицы?
— Нет, — она покачала головой. — То есть да, но не думаю, что это как-то связано. Единственное известное мне мематичское существо — кошмары. Тварь неприятная, регулярно от неё погибает множество проходчиков. Но всё же не дотягивает до корвитусов или даже простых ионитов.
— Мематическая цепь была в двадцать первом, — неожиданно подала голос Нэсса.
Сама же девушка посмотрела на Хантера.
Чеширский кот только пожал плечами.
— Мематики, слова силы, архиларвины, — добавил кот. — Это твари мематической цепи в двадцать первом. Первые… не знаю, как описать. Что-то вроде монстров, созданных из навязчивых мыслей. Но не как с кошмарами. Очень странные существа. Против них почти ничего не работает, кроме обычной фантазии. Когда это понимаешь, начинаешь легко проходить. Живые слова — это энергеты-мематики. Название соответствует сути дословно. А архиларвины…
— Помню. Лучше скажи, как она может ассимилировать сектор? Что это вообще значит?
— Тут извини, Арк, — чешир развёл лапами.
— Помнишь то прошлое оповещение, которое нас так переполошило ночью. Признаться, совсем вылетело у меня из головы, — тихо сказала Белая. — То существо система назвала метанекроидом с классом некросуггестора.
— Мне эти слова ничего не говорят.
— Мета и мемато — одно и то же? — задумчиво спросила Сайна.
Белая поджала губы.
— Система, а ты что скажешь? Спрашивает корректор Арктур, если что.
Метанекроид — нежить, существующая одновременно на нескольких планах бытия. Корневая цепь — некротичесая, мематическая, теневая, призрачно-астральная.
Некросуггестор (легендарный) — класс суггестора-некроманта, подчиняющего мёртвые ткани мозга для изменения сознания живых существ или прямого подчинения нежити словом.
— Теневая? — удивилась Белая. Впервые слышу о такой.
— А про призрачную?
— Она же изнаночная. Аякаши — один из видов. А что за архиларвинов вы упомянули? Почему этих данных нет у Кирай?
— А зачем вам знания о двадцать первом? — спросил я. — А те твари — живые воспоминания.
— Поясни.
— Четыре цепи. Некро, дух, энергет, псионика. Вытаскивают у тебя из памяти самую жирную вражину и воплощают в реальности. А самое весёлое — когда они вытаскивают кого-то из прошлых жизней, кошмарных снов и всего такого.
— У вас есть фрагмент? — загорелась Белая.
— Конечно. Лежит на складе рядом с фрагментом фрактала и теперь вот этого некротического мематолетуна. Дала ж система название! В любом случае, мы поднимаемся наверх.
Девушка чуть нахмурилась. Решение ей явно не нравилось, но после сообщения на терминале возмущаться она не спешила. Спрятать голову в песок — точно не выход.
Ассимиляция по идее должна означать появление новой активной цепи-ассимилятора. Но обычно это проходит как-то не с таким пафосом. Цепи просто появляются и всё.
Или погодите-ка. Сообщения может и приходили, но как и сейчас — только корректору. Голубю.
Впрочем, это всё только догадки.
Следующая локация была ланцетной. Черви были каким-то относительно сильным подвидом, но я не придал им большого значения. Локацию зачистили некродендроиды, пока остальные в убежище активно занимались подготовкой. Удобно всё же носить в себе небольшой лес.
На всякий случай я отдал приказ перевооружиться и разобраться с полученной добычей. Тамарцы оставили нам после себя достаточно лута, который можно применить в бою, а Сайна обещала, что тела роботов она сможет восстановить, улучшить и заставить воевать за нас.
Жаль только, что я сам не мог сейчас заниматься тем же — улучшать своё растительно войско. Так что за меня приходилось отдуваться Сильвану, Мордреду и Хельхе.
