— Ну так работай, — Кайрат направился к выходу, где его ждали пара крепких ребят из личной охраны. — Русика и ребят его тоже привлекай, пусть учатся.
Когда дверь за Кайратом закрылась, Ерлан плюхнулся в кресло.
— Да пошел он, молокосос, — ответил лысый боссу, с отвращением подумав о Руслане. — Нуржик, бери шлюх и готовь. Не знаю, что ты будешь делать там с ними, шлифуй, драй, мой, но, чтобы ни один жирный педик не подцепил мандавошек от них, ясно?
— Да.
— Точно ясно? И не болтай больше, когда я тебе говорю, что и как делать, ясно?
— Да, Ерла, ясно.
— Асет!
— Да.
— Что расселся? Грузи кисок и выметайтесь на хрен отсюда.
Несколько минут суеты, связанной со сборами, небольшая суматоха у входной двери, и вскоре в комнате стало, как прежде, просторно.
— Ты едешь? — уже накинув куртку спросил Нуржан.
— Нет, посплю здесь. Сука, до сих пор не спал, голова болит.
— Ладно, на связи, — Нуржан открыл дверь и уже почти вышел в коридор, когда Ерлан вновь обратился к нему.
— Нуржик!
Нуржан заглянул в комнату.
— Все нормально. Просто делай, что говорю.
— Как скажешь, — ответил Нуржан и тихо затворил за собой дверь.
Асет проследил, чтобы все девушки сели в нужные автобусы. Только сейчас он обратил внимание, что жизнь вокруг уже кипела, а Солнце медленно, но без капли сомнении близилось к зениту. Посмотрев на часы, циферблат которых не удалось разглядеть с первого раза из-за чересчур высунувшегося из-под пиджака, рукава рубашки, он огорченно вздохнул. Асет не спал уже вторые сутки. Всю предыдущую ночь он носился по заданию Кайрата, а сегодня его снова привлекли к не совсем приятным для него делам. Протерев глаза, он кивнул водителю автобуса, который посигналил в ответ и как раз в этот момент к нему обратился швейцар.
— Извините, эти автобусы еще долго будут здесь стоять? — Асет не успел ему ответить, как тот поспешил оправдаться за свой вопрос. — Я не тороплю, просто мне нужно знать, чтобы…
Асет обернулся на звук раскрывшейся двери и улыбнулся Нуржану.
— Что, поехали?
Нуржан кивнул. Его лицо выражало такую глубокую печаль, что Асет не удержался и ободрительно похлопал его по плечу.
— Не парься, у него выдалась тяжелая ночка.
— Да нормально все.
— Я поеду тогда, спать хочу — умираю?
— Давай. Только на связи будь, день только начался.
Асет, словно слова Нуржана перерезали путы, сдерживавшие его все это время, чуть ли не бегом спустился с лестницы и направился к своему автомобилю.
— Не забудь вечерком заехать к Серику, — бросил ему вслед Нуржан, но Асет ничего ему не ответил, так как уже был занят извлечением из тесного кармана брюк вибрировавшего мобильника.
— Да, Руся, — ответил он, слегка удивленный тому, что свободные от работы люди не спят после столь утомительной ночи. — Что случилось? Чего? — зажав телефон между ухом и плечом, он вставил ключ в дверной замок и стал открывать дверь своего автомобиля. — Кто такие? Сколько человек? — он забрался внутрь и закрыв дверь, завел двигатель. — Ладно, буду через 10 минут, ничего не говори там. Да. Да, давай, молчи в тупую и все, — бросив телефон на соседнее сиденье, он сорвался с места так резко, что визг шин привлек внимание уже сидевшего в одном из автобусов Нуржана.
— Что, думаешь, звонок другу поможет? — ехидная улыбка на лице сержанта вызывала лишь раздражение. — Это тебе не в песочницу поссать. Это уголовка, парнишка. У-го-лов-ка.
— Это мой адвокат, он сейчас подъедет, — ответил Руслан и обратился к Асель: — Слушай, зайди, пожалуйста и закрой дверь.
— Нет, нет, нет, прекрасное создание, вы теперь тоже подозреваемая, — сержант даже пригрозил пальчиком, словно был каким-то дерьмовым учителем в средней школе. — В опорку проедем и познакомимся поближе.
— Она тут не при чем и это не мой пистолет.
— Да что ты мне тут сказки рассказываешь, гнида? — улыбка сошла с лица сержанта, что уже не могло не радовать. — От тебя прет как от пивзавода, помят основательно, валяешься на улице, ствол в крови. По птичкам стрелял, сказочник? — во время своей словесной тирады полицейский раскачивался взад-вперед и с каждым сказанным словом амплитуда его раскачивании становилась все больше. Казалось, он боится, что его слова затеряются где-то между его губами и ушами тех, кто должен был его услышать, и поэтому он пытался забросить эти слова как можно дальше от себя.
— Адвокат приедет и поговорим, — Руслан, превозмогая боль в теле, стал силой запирать дверь квартиры, и Асель вскоре поддалась, отступив назад и позволив ей закрыться.
— Какой на хрен адвокат? — лицо сержанта исказилось гримасой отвращения. — Что, фильмов насмотрелся что ли? Пошли, — он схватил Руслана за плечо и потянул за собой, но почувствовав сопротивление, добавил: — Пошли я сказал или прямо здесь сломаю, сука.
— Да пошел ты на хрен, — Руслан едва не взвыл от боли в ребрах, когда резким движением высвободил руку из цепких пальцев полицейского.
