Асет, дожидаясь, когда Руслан избавится от не впитанного в кровь алкоголя, проводил взглядом отъехавший задним ходом ко второму выезду со двора патрульный автомобиль. Затем его внимание привлекла девушка, которая выбежала из подъезда близлежащего дома и так же бегом стала приближаться к ним.
— Где он? — спросила она, и обойдя открытую дверь, на которую опирался Асет, остановила взгляд на Руслане. — Все нормально с тобой? Тебе надо в больницу.
Руслан почувствовал себя неловко, и протерев платком уголки своих губ, снова попытался выйти из автомобиля.
— Нет- нет, сиди, — Асель вытянула руку, пытаясь удержать Руслана в машине. — Вы отвезете его в больницу?
— Да, — опешил Асет, — все хорошо. Ну, то есть я все улажу, не беспокойся.
Асель еще постояла, глядя на Руслана. И лишь когда он откинулся на спинку сиденья, она шепнула:
— Ладно, — и развернувшись, зашагала в сторону улицы. — Надеюсь, это наша последняя встреча.
Руслан, разрываемый противоречивыми чувствами, печально улыбнулся, наблюдая, как Асель удаляется, пока она не скрылась из виду за телом задумавшегося о чем-то Асета.
Изменяя своим привычкам делать все с пафосом, сначала в страну, а потом и непосредственно в сам город, где должно было состоятся важнейшее событие в криминальном мире, незаметно прибывали представители различных группировок. Их главы, в большинстве своем престарелые и переставшие следить за формами своих тел седые, либо вовсе лишенные растительности на голове мужчины, оставались в стенах неприступных замков, доверив своим людям организовать их предстоящую поездку и обеспечить необходимый уровень безопасности. Подтянутые и крепкие ребята в солидной одежде сновали по городу, выполняя только им известные задачи и пытаясь не привлекать излишнего внимания. Но, несмотря на это, каждый из них чувствовал взгляды, направленные им в спины — люди Кайрата не дремали. Показная учтивость сменялась подозрительностью, как только улыбчивые гости отворачивались от принимающей стороны. Для многих парней эта сходка криминальных боссов должна была стать первой на памяти, так как при последней из них, большинство нынешних головорезов еще ходило в подгузниках и с сосками в беззубых ртах, некоторые же еще и вовсе не были рождены. Поэтому все выкладывались на сто процентов, словно готовились к какому-то общенациональному торжеству. Никто, конечно же, не допускал мысли, что столь значительное и крупномасштабное событие в лучшем отеле города, пройдет без внимания правоохранительных органов. Они мелькали всюду. И чем больше сотрудники спецслужб старались оставаться незамеченными, тем очевиднее становилось их присутствие. Любой парень, поработавший на Кайрата, и попадавший в пару-другую настоящих переделок, в два счета мог определить, кто из проходящих мимо людей действительно являлся простым горожанином, присевшим на лавочку, чтобы почитать свежую газетку, а кто лишь притворялся им. Все происходившее в городе походило на забавную игру. Все следили за всеми, но никто толком ничего не понимал. Сотрудники различных ведомств скорее мешали друг-другу, и как ни старались их руководители скоординировать действия своих ребят, кто-то обязательно заходил на чужую территорию, в попытке урвать больший кусок от пока еще призрачного успеха.
Все маршруты, включая резервные, которые могли понадобиться в случае, если что-то пойдет не так, досконально изучались. С видом всезнающих людей, представители криминалитета из разных регионов обследовали каждый угол комнаты, где со дня на день появятся их боссы. Никто бы не удивился, если бы на карте, которая, должно быть, непременно лежала в черном кейсе каждого гостя, отмечались даже те места, где их боссам рекомендовано мочиться.
В свою очередь, мозговые центры силовых структур так же не давали себе ни малейшей возможности расслабиться, проводя бессонные ночи в прокуренных помещениях и разрабатывая каждый шаг предстоящей операции. Самой крупной за последние десятилетия. Многие из сотрудников связывали с ней свое будущее и в успешном ее завершении видели свой стремительный подъем по карьерной лестнице. Это был трамплин. Высочайший трамплин, после которого либо следовал взлет, либо бесславное падение.
Никто не хотел думать о последнем.
