Чем быстрее летели дни, тем заметнее становилась нервозность Кайрата, и тем чаще он выходил из себя. Раскидываясь проклятиями направо и налево, он проявлял недовольство всем и вся, находя изъяны в, казалось бы, безупречном плане. Ерлану пришлось даже пропустить две встречи с девушками, которых в знак доброй воли предложил ему Серик. Тем не менее, их неприкосновенность гарантировалась, и поэтому Ерлан не чувствовал себя упустившим что-то. Получая долю своих словесных оплеух от Кайрата, Ерлан с двойным размахом передавал их остальным ребятам, преувеличивая любую озвученную боссом проблему. Наивно веря в то, что все действительно так ужасно, как описывал Ерлан, ребята носились по городу, отчаянно пытаясь решить, как им казалось, близкую к провалу задачу. Больше всех рвение проявлял Баур, подстегивая остальных, которые хоть и выполняли все приказы, но делали это с такой неохотой, что казалось, будто они и не делали ничего вовсе. Баур даже предупредил свою возлюбленную, что он не появится дома до конца недели, так как практически все это время он будет задействован в важнейшем для его работодателя мероприятии. На самом деле, их круглосуточное присутствие в отеле и уж тем более рядом с Ерланом не так-то уж и требовалось, и поэтому Баур еженочно возвращался домой, слегка разочарованный тем, что работы оказалось не так много, как ему хотелось. По сути, его работа сводилась к сущим мелочам, таким как сбор уличных ребят, встреча и проводы людей, о которых он ничего не знал, и охрана борделей. Тем не менее, он названивал Ерлану по несколько раз на дню, докладывая о любой ситуации, свидетелем которой стал, или которую услышал, и если по началу Ерлана это раздражало, то потом он стал смотреть на все это с иронией. Чем выше поднимался рейтинг Баура в глазах Ерлана, а Баур нисколько не сомневался в том, что он поднимается, тем ярче становились его сны о будущем. Не в последнюю очередь безоблачность будущего связывалась с толщиной его бумажника. Он уже почти отчетливо видел тот день, когда придет в клуб и, взяв за руку свою девушку, уведет ее со сцены, сказав, что ей больше не нужно зарабатывать на жизнь тем, чем ей приходилось зарабатывать последние три года. Видел дом в горах — неотъемлемую частью любых его грез. Всю жизнь Баур оставался где-то в тени, и чувствовал себя актером массовки, в то время как его друзья, в худшем случае, получали роли второго плана. Теперь, похоже, фортуна в лице лысого Ерлана, улыбнулась и ему, и он должен приложить все усилия, чтобы ухватиться за, возможно, единственный в жизни шанс стать тем, кем, как он считал, мечтает стать каждый парень из его окружения. Именно эта мысль придавала ему сил, и он без устали высматривал любую возможность стать полезным для Ерлана или Кайрата, хоть ставки на последнего были ничтожно малы в его расчетах.
В отличие от Баура, Самат не проявлял особого энтузиазма, а всеобщий ажиотаж вокруг намеченного события, вызывал в нем, скорее, раздражение, чем трепет. Он бы предпочел обычную обстановку всей этой, по его мнению, чересчур наигранной и ненужной суете. Он слишком привык жить по графику. А график его состоял из мелкой работы, несущественных потасовок с кем-нибудь из зарвавшихся ребят поднимающихся группировок, и бесконечных свиданий с девицами из списка непокоренных. Лишенный возможности проводить полноценные встречи с подругами, он выглядел печальным, и любой, даже самый незначительный приказ, выполнял так, словно делал одолжение всему миру. Так он проявлял личный маленький протест против крушения его планов. Воздушных замков по поводу повышения по иерархической лестнице он не строил, и с долей сочувствия смотрел на стремления Баура угодить боссу и людям, находившимся выше них самих. Да и слет криминальных боссов страны считал не таким уж и важным событием. По крайней мере, не настолько важным, чтобы сутками сидеть в аэропорту и ждать суровых типов, в то время как его подруги, возможно, дарили предназначенные для него ласки кому-нибудь другому. Эта мысль вводила его в бешенство, и временами он злобно лупил по рулю на глазах удивленных приятелей.
Аза и Мура относились ко всему без фанатизма, но с большой ответственностью выполняли все, что от них требовалось. Аза почти по 15 часов в сутки проводил за рулем. У него было больше дел, чем у всех остальных, вместе взятых. Приходилось выезжать за город, и даже в близлежащие города, возить непонятные грузы, незнакомых людей, следить за странными типами, которых он никогда раньше не видел. Несмотря на это, он не отлынивал от работы и осознавал важность всего, что делал. В графике же Муры ничего существенно не изменилось. Он продолжал следить за порядком в борделях, вышвыривать обнаглевших клиентов и сражаться на улицах. Просто, для развлечения.
