Любопытно как… Нельзя сказать, что раньше я была паинькой. Но я из тех, кто лишний раз орать не будет. В своем воображении я придумаю пять вариантов удачного ответа, однако ни один из них не произнесу. Мне проще промолчать, опустить взгляд, зная, что меня рано или поздно оставят в покое.
Почему? Да потому что, как бы я ни старалась, даже в моей душе всегда оставалась легкая тень сомнения. Может, они правы, оскорбляя меня? Я ведь действительно некрасивая, хожу забавно, ничего особенного не добилась – по сравнению с ними. Они называют меня лузером – ну так разве я не лузер?
Теперь вот поняла: нет. Этих хорьков совершенно не касается, как я выгляжу. Я б на них посмотрела, если бы им пришлось жить в таком теле! Я не виновата в своих ожогах… я вообще ни в чем не виновата. Так чего мне стыдиться? Я слишком хорошо помнила ту ситуацию в лабиринте… Когда у меня не было времени на размышления и решение пришлось принимать за считаные секунды, я рискнула всем, чтобы спасти людей, которых даже не знала. А ведь я не была уверена, выживу или нет! Этим я могу гордиться. Из-за этого я не позволю Эльвире или ее братику смотреть на меня сверху вниз!
Так что в первые полчаса после того, как Эльвира нагрянула в мою комнату, я была уверена в своей правоте, потом – не очень, сомнения все-таки просочились в душу. Может, мне и правда нужно было что-то сделать? Тимур ведь действительно болел еще до вечеринки… Так какого черта он устроил вечеринку?!
Ладно, что сделано – то сделано. Вины я за собой по-прежнему не чувствовала, зато чувствовала сострадание. Я решила проверить, как там дела у Тимура, хотя и подозревала, что ни к чему хорошему это не приведет.
Я, в отличие от Эльвиры, постучалась и дождалась ответа, прежде чем войти. И мне хватило одного шага в комнату, чтобы понять: на этот раз дело и правда труба.
Шторы были задернуты, и в комнате царил полумрак. День сегодня пасмурный, свет не очень яркий, но, похоже, Тимура слепил и он. В воздухе висел странный запах, совсем не подходящий для чьей-то спальни: запах осеннего сада. Пожухлой листвы и мокрой земли.
Тимур лежал на кровати, когда я вошла, он лишь чуть приподнялся. Просто лежал! Не играл с мобильным, не торчал в интернете, даже книгу не читал – хотя он их никогда не читает… Как будто у него ни на что не осталось сил.
Да и выглядел он отвратительно. До меня только теперь дошло, что я его в последние дни и не видела, но в нашем доме это сделалось нормальным. Теперь же для меня стало открытием, что он очень сильно похудел, кожа стала бледной, ее покрывала испарина, как бывает при лихорадке. Взгляд у него был воспаленный, настороженный. Правую руку скрывал толстый слой повязок, вроде как свежих, но покрытых зловещими темными пятнами.
– Чего приперлась? – поинтересовался Тимур. Что ж, страдания не сделали его вежливей.
– Хотела узнать, как ты.
– Злорадствуешь?
– Вовсе нет. Я знаю, что вы с Эльвирой вините меня в случившемся, но…
– Да никто тебя не винит, – прервал меня Тимур. Он устало откинулся на подушки и смотрел теперь не на меня, а на потолок. – Я облажался и получил за это. А ты есть ты: всегда один и тот же гемор.
– Ну, спасибо!
– А разве нет? Может, я и косякнул с вечеринкой, но без тебя было бы проще. Да и во всем остальном тоже.
– Может, еще и в твоей болезни я виновата?
– Кто ж еще?
Это уже было за гранью! Он и его сестрица реально готовы были винить меня во всем на свете, не потрудившись включить голову!
– При чем здесь я? Я ведь даже не болею!
– При том, что все началось вот с этого!
Тимур поднял вверх забинтованную правую руку и тут же опустил, поморщившись. Похоже, даже самое легкое движение теперь способно было причинить ему боль.
Я растерялась:
– Не понимаю… При чем здесь я?
– Это все началось с той проклятой занозы!
И тут до меня дошло. Я ведь совсем забыла! На фоне остальных событий это просто затерялось… То, как Тимур громил мебель в моей комнате. Ударил шкаф, сломал его, получил занозу, свалил.
И все, на этом можно было ставить точку! Я и поставила. Кто вообще всерьез парится из-за заноз? Теперь я смотрела на его жутко опухшую, перемотанную бинтами руку и не могла поверить, что все это произошло из-за какой-то деревяшки!
– Как такое могло случиться? – прошептала я.
– Вот и я думаю: как? Если ты не ведьма, объяснения нет!
– Какая ведьма, что ты несешь?
Ему бы сейчас лежать и не рыпаться – в таком состоянии! А он поднялся, пусть и с трудом, и двинулся ко мне. Захотелось убежать, но я осталась, мне нужно было знать.
Тимур подошел вплотную, навис надо мной, и теперь, когда он был болен, мне рядом с ним было даже страшнее, чем когда он приходил в комнату здоровым. Осенним садом пахло от него.
– Так не должно было случиться, – процедил сквозь сжатые зубы он. – Я пришел к себе, достал занозу, промыл рану… Все как обычно! У меня таких заноз сотни были! Она не должна была так воспалиться!
– Ты показывал рану врачу?
– Это же тупо – идти к врачу из-за занозы!
– Теперь уже не тупо! А отец твой что говорит?
