Хорошо в деревне летом. Жаль, быстро закончилось. Встречая мать, которая с утра уехала в Захарово, Кирилл сидел на остановке недалеко от дома, размышляя о том, хорошо он его провел, или так себе. Все живы здоровы, Мирка переехала в новую квартиру, мертвая Славкина голова вдруг воскресла и начала потихоньку соображать, правда, пока сильно болела, братец… Братец человеком пока не стал, но резко изменился, несомненно, в лучшую сторону.
— Ну вот, — подытожил кот. — У тебя есть три подопытных, и ты сам. Первый подопытный напрямую с нежитью повязан. Вторая — рабыня раба. Третья — светлая. И сам ты — вдовец. И всегда сможем понаблюдать за противной стороной. Ну не суть. Тетка твоя за всю жизнь ни разу не болела, а почему?
— Информационное поле чистое? — предположил Кирилл, пнув из под ноги камень.
— И да, и нет, — кот помахал хвостом в некоторой задумчивости. — Чистое поле не панацея. И один демон способен закрыть небо. Это дорога, длиною в жизнь. Она всегда прислушивалась к себе, размышляя над чувствами. Все древние с рождения поднимали бездну один день в неделю, и перед тем, как заводить семью, служили при храмах, изучая демонов под руководством опытного наставника. И два года, и три. Не смог бы человек выучить таблицу умножения, не умея читать и считать. Тема демонов не имеет ничего общего с наукой современной, но включает все науки, какие известны в настоящее время — одна изучает мысль, человека, вселенную…
— Я, вообще-то, в институт собираюсь… — напомнил Кирилл. — Полезно, но много времени отнимает. К чему она мне?
— Тебя не примут учиться на врача, если не будешь знать химию и биологию, и на археолога, если не предстанешь подкованным географом! — обиделся кот. — В Семиреченской академии и врач, и археолог — мимолетные базовые предметы, на которых никогда не заостряли внимания. Там, брат мой, первый и последний студент согнет тебя в три дуги одним лишь взглядом!
— Семиреченская академия? — удивленно приподнял Кирилл бровь, бросив на кота испытующий взгляд. — Я про такую не слыхал, это где? Это как?
Где могли изучать демонов? Разве что в духовной семинарии! И это после того, как он объявил Иисуса Христа врагом народа?! Да его на порог не пустят! Оптимизма кота он не разделял. Но с другой стороны, могла быть и служба безопасности… Круто! Он представил себя в форме, с офицерскими погонами. Ну да, к лицу, но тратить жизнь на выполнение приказов не хотелось. Да еще Семиреченская… В Казахстане? Или то, которое под землю ушло?! Лицо Кирилла вытянулось. С другой стороны, все территории называли в честь чего-то великого, или по древнему названию.
— В Семиречье, конечно же, — фыркнул кот. — К чему афишировать академию, в которой, в иной год ни одного студента с земли-матушки?! Мы треснем, но поступим — тверди заявил он. — Иначе я не Страж! А как? Посмотрел — и серость из тебя вся вышла!
— И? А как без студентов-то?! — опешил Кирилл. — Я что, один буду? И диплом выдадут?
— Выдают. Но на земле они цены не имеют, — снова усмехнулся кот.
— В смысле? А где тогда? — не понял Кирилл.
— В мире! В мире цены ему нет, все двери ногой открывает!
Понятно… Кирилл почесал шею, прихлопнув комара. Неплохо иметь диплом, который котируется в Америке или в Австралии. Заманчиво! Пересдать экзамены в Российском вузе никогда не поздно, если голова работает.
— А специальность? — заинтересовался он. — В перспективе?
— Брось! Самая, что ни на есть, специальность! Мы вселенную собрались бороздить, а он думает, как в болоте выжить!
— Вселенную?! — Кирилл недоверчиво закосил взглядом, пытаясь уловить хоть какой-то намек на шутку.
— Открой глаза пошире! — кот привстал, спрыгнул со скамейки, прошелся взад-вперед. — С чего бы тарелкам интересоваться планетой Земля, ни разу не вступив в диалог? И почему тарелки как будто есть, а как будто нет, по всем параметрам обладают материальностью, а всегда за гранью привидением? И как под землю ныряют? Медом им там намазано? Так вот, — кот сел на задние лапы и почесал нос, — им, богатым и счастливым, с нечистью якшаться в лом. Вы на колени встанете, строем ходить будете, если пальнет одна такая… В грузовом отсеке — тонны обогащенного урана. А то и чего похуже!
Но что-то да их здесь привлекает.
