Мирка сползла по склону прямо в руки Кирилла, который поймал ее и помог отряхнуть песок. Перед ними открылся обширный луг, с одной стороны закрытый высокими отвесными скалами, а с другой обрывался у реки. Местные здесь бывали, об этом говорили оставленные на берегу угли костра и примятая между камнями капища трава. Вход в пещеру, затянутый корнями и скрытый молодым подъельником был чуть дальше, за скалами. Кирилл нашел его случайно — хотел залезть на самый верх, чтобы взглянуть на капище сверху, и, поскользнувшись, навалился на каменную кладку, обвалившуюся под его весом. О пещере местные не знали — Леха и Серега сильно удивились, когда он показал вход. В тот раз сунуться в пещеру не рискнули, побоявшись обвала, но через неделю наведались, расчистив вход от песка и глины, которые копились веками.
И разинули рты, когда через сотню метров извилистого хода с ответвлениями вдруг наткнулись на обширную залу, поросшую сталагмитами и сталактитами, с черным бездонным озером посередине. Та зала напугала их не столько размерами, сколько вздохами — со дна вода вдруг начала бурлить и пускать пузыри. Спуститься вниз ребята не согласились, единодушно повернув назад.
Настоящих исследователей из друзей не получилось. Стоило понять, что в пещере кто-то побывал до них, интерес тут же угас. Если и было что-то ценное, давно вынесли. Пещер в окрестностях хватало, большей частью заброшенные рудники. Во время революции в них прятались от белых, от красных, от зеленых, и закладывали, чтобы чужие не прознали. А раньше хранили припасы, обустраивая ледники. Кто-то даже сейчас пытался получить сыр с известной плесенью, но местные пещеры или стерильными были, или слишком холодными, — проверили раз, проверили два, да и оставили забаву. Леху с Серегой и капище не вдохновило, привыкли видеть в причудливо расположенных камнях обычное нагромождение валунов, которое в любом другом месте выглядело бы не лучше и не хуже.
— Стоило! Смотри! Если пройти по кругу, то выйдешь там же, где вошла… — Кирилл остановился возле камней размером с ведро.
— И что? Попробую догадаться: есть место, где камни выходят на обратную дорожку, — рассматривая камни, улыбнулась Мирослава.
— Ха! Естественно, но суть в другом. Тот, кто создавал капище, использовал двойную спираль! Не мудрствуя лукаво, Мирка, много ты знаешь современников, которые испытывали бы желание рассмотреть двойную спираль, как объект исследования и поклонения? — Кирилл взглянул на нее с вызовом. — Вернись на несколько тысяч лет назад, когда человек стругал стрелы из камня и не имел представления о колесе — и вдруг строит капище, используя двойную спираль!
— И что?! — Мирослава заинтересовалась, пробуя пройти путь между уложенными в ряд камнями.
— И все утверждения, что человек был туп, как пещерная обезьяна, лопнули! — объяснил Кирилл, ткнув пальцем в землю. — Первое, он должен был начертить схему. Даже образованному человеку это не так легко сделать. Попробуй сама! Второе, наложить ее на местность. Третье, разобрать камни по сорту и по размеру… Заметь, одна спираль из камней которые взяты из другого места, — Кирилл переступил через заграждение и нагнулся, рассматривая вторую линию заграждения. — Если вспомнить капище в Англии, то там тоже использованы камни двух видов — местные и голубые — из карьера, который находится за много миль. Оба капища имеют в основе что-то одно, одинаковое знание. А существуют капища, которые отдаленно напоминают человеческий мозг, рассматривая его как свой-чужой.
— Кир, откуда ты это знаешь?
— Тетя Вера у меня помешана на подобных исследованиях. И я… — признался Кирилл, пожимая плечами. — Я ж археологом собираюсь стать. Но не только. Мне сон приснился, странный такой, будто я попал в прошлое… Так живо, так реально, будто все происходило на самом деле.
Кирилл задумался, присаживаясь и пытаясь вспомнить мон в деталях.
— Сначала забыл про него, а потом он вдруг начал сбываться. Я не сразу понял, а когда понял, решил поискать сведения. И вот что обнаружил: наша история вымысел от начала до конца, кто-то здорово над нею поработал, выставляя нас в невыгодном свете. Но самое интересное, что нарисованная версия поддерживается государством на официальном уровне, объявляя все прочие доказательства вне закона. Тетя Вера со мной согласна, мы вместе просматривали материал.
— Например?
— Стойбищ не так много. Датируют пятью, десятью тысячами лет, предоставляя в качестве доказательства дикости каменные наконечники стрел и глубину их залегания. Но как по камню можно определить временной отрезок его обработки? Никак.
Или глубина залегания…
