Вездесущность «Беспеки» (разговорное название госбезопасности) стала одной из примет эпохи. В ее ведении находилось 74 000 секретных сотрудников-осведомителей, этого, однако, показалось недостаточно, и летом 1949 года было принято решение организовать на предприятиях дополнительные ячейки органов госбезопасности, называемые службами охраны (Referat Ochrony — RO). Несколько лет спустя RO действовали уже на шестистах предприятиях. Из центра МБП с особым пристрастием наблюдали за службами защиты народного хозяйства, создавая все новые и новые подразделения. В 1951–1953 годах большинство задержаний (по пять-шесть тысяч в год) было осуществлено силами этой службы, располагавшей самой развитой организацией осведомителей (26 000 человек). Любая неисправность, любой пожар на предприятии рассматривались как результат саботажа или даже диверсии. Нередко под стражу заключались десятки работников одного и того же предприятия. В рамках «охраны государственных учреждений» эта служба, помимо всего остального, давала рекомендации по поводу возможных кандидатов на учебу в политехнических вузах. Так, в 1952 году по распоряжению службы защиты народного хозяйства 1500 молодых людей были лишены доступа к образованию.
Предметом особого внимания была «охрана сельскохозяйственных кооперативов» (т. е. коллективизация) и контроль за проведением в жизнь декретов о необходимых количественных показателях производства зерна и мяса. Этими вопросами более активно, чем органы госбезопасности, занимались созданные в 1945 году милиция и Чрезвычайная комиссия по борьбе со злоупотреблениями и саботажем. Одно только название, воскрешающее в памяти пресловутую ЧК, наводило ужас. Тысячи крестьян в каждом из пятнадцати воеводств были заключены в тюрьмы за то, что не сдали предписанную норму. Госбезопасность и милиция вели целенаправленную политику: наиболее зажиточные крестьяне («кулаки») арестовывались в первую очередь, даже если они сдавали необходимую норму. Неделями их держали под стражей, не возбуждая судебного дела, после чего выносили приговор о конфискации зерна, скота и даже их земельной собственности. Занималась Чрезвычайная комиссия и городскими жителями. Большинство жертв было осуждено за спекуляцию на черном рынке, а в 1952–1954 годах — за хулиганство. Решения Чрезвычайной комиссии с течением времени становились все более и более жесткими: в 1945–1948 годах она приговорила к трудовым лагерям 10 900 человек, в 1949–1952 годах —46 700 человек. К 1954 году в трудовые лагеря было отправлено приблизительно 84 200 человек. Эти вердикты не относились к политическим преступлениям в точном смысле слова, так как в Польше принято рассматривать преступления в суде, а карательные меры против сельских жителей и «спекулянтов» просто отражали саму природу репрессивной системы, всегда отдающей предпочтение палке.
Что касается аппарата госбезопасности, главной его задачей оставалось преследование подпольщиков — и периода оккупации, и послевоенных: от бывших активистов ПСЛ до солдат, вернувшихся с Запада, а также чиновников, кадровых политиков и офицеров довоенного времени. В начале 1949 года «списки подозрительных элементов» были стандартизированы и разделены на категории. На 1 января 1953 года в картотеках служб безопасности были зарегистрированы 5 200 000 человек, т. е. треть взрослого населения Польши. Несмотря на разгром нелегальных организаций, политические процессы продолжались. Число заключенных росло по мере проведения тех или иных «превентивных операций». Так, в октябре 1950 года во время акции «К» за одну ночь было арестовано 5000 человек. После некоторого затишья, последовавшего за массовыми арестами 1948–1949 годов, тюрьмы вновь стали наполняться: за 1952 год были взяты под стражу 21 000 человек. По официальным источникам, во втором полугодии 1952 года насчитывалось 49 500 политзаключенных. Открыта была даже специальная тюрьма для несовершеннолетних «политических преступников» (2500 заключенных в 1953 году).
После ликвидации оппозиции единственным независимым общественным институтом оставалась Католическая церковь. Начиная с 1948 года она постоянно подвергалась гонениям. С 1950 года начались аресты епископов. В сентябре 1953 года был устроен процесс над епископом Качмареком (приговоренным к двенадцати годам заключения), интернирован примас[84] Польши, кардинал Вышинский. В общей сложности, более ста священников познали все тяготы тюремного заключения. Свидетели Иеговы попали под прицел в качестве «американских шпионов»: в 1951 году более 2000 представителей этой секты были взяты под стражу.
