Сапожников многословно и торопливо: «Если бы автомашина находилась на расстоянии пяти метров от места взрыва, то достаточно было бы 3,5 килограмма для таких повреждений. При расстоянии в десять метров для таких повреждений, легких повреждений автомашины, достаточно будет 11 килограммов. Повторяю, в расчете использовались данные о расположении места взрыва по отношению к автомашине ВАЗ. Расположение БМВ роли не играет».
Першин удивляется: «Чем в таком случае вызвано то, что ВАЗ не получил ни одного осколочного повреждения?»
Прокурор Каверин немедленно просит снять вопрос, так как протокол осмотра автомашины ВАЗ не исследовался в суде. Каков замечательный ход стороны обвинения!: экспертиза основана на расчетах расстояния от места взрыва до ВАЗа, но вопросы о ВАЗе задавать нельзя, так как этих материалов в уголовном деле как бы нет, вернее, они есть, вот только пользоваться ими запрещено!
Першин пытается изменить характер вопроса: «Человек, обладающий элементарными познаниями во взрывном деле, должен понимать, что этим взрывным устройством, которое не способно разрушить ВАЗ, невозможно нанести существенных повреждений бронированному автомобилю?»
На этот раз вопрос немедленно снимается по требованию адвоката Чубайса Шугаева, продолжавшего переживать, не повредились ли у его клиента сосуды головного мозга.
Першин подходит к проблеме с другой стороны: «Возможно ли поразить при помощи такого взрыва бронированный автомобиль со степенью защиты 6 или 7?»
Сапожников ловко увертывается: «Это не входит в мою компетенцию».
Першин наступает: «Может ли в бронированном автомобиле человек испытать какие-либо повреждения?»
Сапожников выдает в ответ нечто наукообразное, но непонятное: «Бывает, что возможна генерация вторичной взрывной волны».
Подсудимый Миронов: «Какой самый компактный источник тока мог быть использован для взрывного устройства?»
Сапожников ускользает от ответа: «Это отдельное исследование».
Миронов уточняет: «Этот источник энергии — это мог быть второй аккумулятор?»
Сапожников спорит: «Нет, однозначно нет. В аккумуляторе очень много свинца. От него могли быть остатки».
Миронов удовлетворен ответом, идет дальше: «Какой размер батарейки «Крона»?
Сапожников чувствует подвох в вопросе, огрызается: «Можете купить, измерить».
Миронов вежливо: «Спасибо. Размер батарейки «Крона» больше 10 сантиметров?»
Сапожников уже понял, куда клонит подсудимый, потому и цедит неохотно: «Меньше».
Миронов: «А вес батарейки «Крона» больше ста граммов?»
Сапожников с трудом сдерживает раздражение: «Можете купить, взвесить. Меньше».
Миронов невозмутимо: «Скажите, пожалуйста, какой размер у автомобильной аккумуляторной батареи?»
Теперь судья Пантелеева, видя муки чекиста-эксперта, громко выражает неудовольствие и снимает вопрос.
Но Миронов уже заложил площадку для ключевого вопроса: «Тогда скажите, пожалуйста, уважаемый эксперт, почему подрывники в качестве резервного источника питания не принесли вторую батарейку «Крона»?
Сапожников растерялся было, но, молодец, тут же нашел весомый аргумент: «Потому что аккумулятор хорошо держит на морозе», не уточняя при этом, почему упрятанная в карман «Крона» «держит на морозе» хуже.
Миронов, не интересуясь, что именно держит аккумулятор на морозе, спрашивает: «Вы в своей практике когда-нибудь сталкивались с такой парадоксальной ситуацией?»
Вопрос, разумеется, снят.
Миронов: «Вы перечисляли здесь тяжелейшие последствия баротравмы для здоровья человека, а почему у водителя ВАЗа, который находился, как Вы утверждаете, на расстоянии от 5 до 10 метров, всего лишь оказались заложены уши?»
Сапожников заметно волнуется, оттого слегка заикается и растягивает слова: «Потому что нижняя граница травм — это легкие повреждения автотранспорта. А площадь барабанной перепонки меньше, чем площадь поверхности автомобиля».
Миронов: «Почему у водителя оказались заложены всего лишь уши вместо тех страшных диагнозов, которые Вы называли?»
Сапожников бормочет: «Страшные диагнозы я называл в принципе».
Миронов: «С учетом того, что автомобиль ВАЗ не имеет видимых осколочных повреждений, в то время как по материалам дела на высоте 10 метров на противоположной стороне дороги поврежден электрический провод, можете ли Вы предположить, что взрыв был направлен на людей, которые могли сидеть на электрических столбах?»
Сапожников протестует: «Такого в предоставленных мне материалах дела нет!»
Миронов: «Можно предположить, что взрыв был направлен против летающих на высоте 10 метров машин?»
Улыбка Миронова расслабила напряжение эксперта: «Если бы дорога являлась взлетно-посадочной полосой, тогда конечно. Если бы это был вертолет или летающая тарелка, то и они бы были поражены».
Миронов возвращает эксперта из мечты в реальность: «Так почему же на автомобиле ВАЗ не было осколочных повреждений?»
Сапожников вопросом на вопрос: «Откуда Вы знаете, что там не было осколков?»
Миронов простодушно разводит руками: «Прочитал протокол осмотра ВАЗа».
Судья: «Этот протокол снят как недопустимое доказательство!»
