Такая жизнь им нравилась.
Нет, поначалу, когда они только очнулись и обнаружили, что стали похожи на гнусных обезьян, им малость поплохело. Да что там, по правде, чуть не обосрались со страху.
Но вот потом. Бивис и Баттхед всегда были законченными подонками. Правда, не такими безобидными, как их тёзки из мультика. Случалось им грабить и избивать беззащитные жертвы. Были на их совести и несколько изнасилований. До убийств, к их сожалению, дело пока не доходило, хотя и хотелось им испытать незабываемое чувство, каково это — быть властелином чужой жизни.
Но жить приходилось с оглядкой на полицию. Да и с другими уличными бандами, наркоторговцами, нацистами и всяким мексикашками, ниггерами и кубинцами, приходилось считаться. Вокруг было множество крутых подонков и помимо них. Так что этих двоих можно было считать местной разновидностью шакалов, которые питаются объедками.
В общем, до катаклизма Бивис и Баттхед были обычными неудачниками. В большие байкерские клубы их не брали, так как слыли они ребятами подловатыми и ненадёжными. Поэтому они сформировали небольшие собственные команды из таких же как они сами подонков.
По правде, они представляли собой жалкое зрелище. Дешёвые вечно ломающиеся мотоциклы, вечное отсутствие денег. Даже шлюхи не хотели иметь с ними никаких дел. Своего клуба, где они могли бы собираться, у них тоже не было. Не считать же таковым старый сарай у шайки Бивиса далеко за городом, где они хранили награбленное по мелочи и пару старых пистолетов, и обрез ружья. Или аналогичную развалюху заброшенного дома в окрестностях города, где хранили своё такое же жалкое имущество парни Баттхеда.
В общем, обе команды даже нельзя было считать настоящими байкерами. Скорее это были две шайки всеми презираемых подонков на мотоциклах.
Нет, приятелями они не были. Жили они в разных концах города и друг с другом почти не пересекались.
Когда они очнулись после трансформации и убедились, что подобная хрень произошла не с ними одними, то малость успокоились. К тому же были определённые плюсы. Они стали сильнее, быстрее, улучшились зрение, слух и обоняние. Да и мужская сила просто зашкаливала. Член теперь стоял почти постоянно и был каменно твёрдым. Только вот трахать было некого. Потому как пережившие болезнь человеческие самки, выглядели не очень привлекательно. Так что приходилось постоянно подрачивать, чтобы снять напряжение.
Так что были определённые плюсы во всём произошедшем.
Но были и очевидные минусы. Руки их теперь стали менее приспособленными к привычным действиям. Управлять мотоциклом стало намного труднее, и пришлось чуть ли не учиться ездить заново. Также они столкнулись с проблемой, что пользоваться старыми пистолетами, которые у них имелись, стало весьма затруднительно. Срочно требовалось другое оружие, типа дробовиков, с которыми их неуклюжими лапами было управляться малость попроще.
А пока пришлось вооружиться обрезками металлических труб и металлическими прутками.
Из членов и без того немногочисленных банд у обоих выжила половина. Но зато это были законченные подонки. Они очень быстро сообразили, что в городе и его окрестностях царят полная анархия и безвластие. Сначала они действовали осторожно и навещали одиноко стоящие за городом дома. Набрасывались толпой на выживших и забивали их насмерть обрезками труб и металлическими прутьями.
Через некоторое время, видя полную безнаказанность, стали шарить по городским окраинам. Полиция пока себя никак не проявляла, немногочисленным выжившим стражам порядка было пока не до мелких банд.
Постепенно к бандам Бивиса и Баттхеда стали присоединяться наиболее гнусные из членов более крупных байкерских команд. Дело в том, что в солидных клубах народ хотя и был не особо законопослушным, но большинство парней всё же было вполне нормальными гражданами, а не злобными психованными садистами. Поэтому, затесавшимся в их ряды отморозкам, было не так интересно, как в бандах Бивиса и Баттхеда, которые с каждым днём распоясывались всё больше и больше.
Дела у шаек Бивиса и Баттхеда шли неплохо. Но жизнь ведь, как известно, она как зебра. Белая полоса, чёрная полоса, потом опять, а потом Жопа!
Сначала более крупные банды сориентировались и занялись организованной экспроприацией материальных ценностей. Ценности, однако, теперь стали несколько другими: продукты, медикаменты и прочие жизненно необходимые вещи. Нет, грабежами они тоже занимались, но, так сказать, в промышленном масштабе. И им не нравилось, когда под ногами путается всякая мелочь. Так что недоумков даже пару раз отмудохали. Так сказать, для профилактики.
Авторитет Бивиса и Баттхеда в их бандах стал стремительно падать.
Тут ещё местный Шеф полиции постепенно собрал всех оставшихся полицейских, к ним присоединились резервисты из Национальной гвардии, пожарные, спасатели и взялись наводить в городе порядок. Такие вот проблемы начались у Бивиса и Баттхеда. Похоже, возвращались старые времена. А ведь они только начали привыкать к жизни в условиях полной анархии.
Да и выжившие жители несколько отличались от прежних беззащитных обывателей. Они тоже стали сильнее и крепче, и нрав у них стал под стать звериному. Они сражались за свою жизнь до последнего, и, хотя толпой удавалось справиться с одиночками, но давалось это с определённым трудом.
И, скорее всего, всё для обоих недоумков вернулось бы на круги своя, и они опять стали мелкими говнюками, которые могут только гадить исподтишка.
Но тут на их счастье, их заметил добрый дядюшка Санта Клаус, в лице двух ещё более отмороженных, чем сами ублюдки, сестричек, Мэгги и Бекки. Им как раз нужны были в подручных такие замечательные подонки. И работа закипела.
Доминаторы снабжали банды оружием, топливом и мотоциклами. Да и от полиции сумели прикрыть. По крайней мере, копы теперь не цеплялись к членам их банд по мелочам. Численность команд Бивиса и Баттхеда начала быстро расти, и вскоре те насчитывали примерно по семьдесят бойцов.
Вроде бы и здоров, хотя им пришлось смириться, что в обмен на покровительство Доминаторов приходилось действовать в соответствии с их указаниями. Так, например, Мэгги Бекки вели какие-то свои шашни с бывшим Шефом городской полиции, который теперь объявил себя Генерал-губернатором, и между ними была достигнута договорённость о наведении в городе относительного порядка.
Поэтому Бивису и Баттхеду было велено поумерить свой пыл и не особо безобразничать в городе. Однако это не значило, что они остались без работы. Просто Доминаторы перенаправили их энергию в другое русло. Их задачей теперь становилось наводить ужас и беспорядок на территориях, к которым ещё только приближался фронт газовой волны.
Поначалу им это не особо понравилось. Газовый фронт распространялся довольно быстро, и ездить приходилось всё дальше и дальше. Но потом они распробовали все прелести ситуации.
В принципе мотобанды Бивиса и Баттхеда занимались тем же, что и остальные банды байкеров, грабили, наводили беспорядок и срывали организованную эвакуацию жителей.
Но в отличие от остальных, эти две банды стали настоящими зондеркомандами сумасшедших сестричек. Члены банд сделали убийство и насилие образом своей жизни и предавались этим кровавым безобразиям, отбросив всякие моральные ограничения.
Как же это было приятно, убивать и насиловать жителей, которые ещё не превратились в подобных им обезьяноподобных тварей. Они были такие мягкие, беззащитные, от них так сладко пахло страхом.
Бивис и Баттхед обнаружили, что их тела стали намного выносливее в плане потенции. Они могли теперь часам насиловать свои жертвы. Причём совершенно не сдерживая свои низменные инстинкты. Насилуя женщин, они теперь калечили их в процессе совокупления, а в конце, как правило, убивали. Особую остроту эмоциям придавал ужас жертв. Он был почти ощутим на вкус и запах. Ведь ужас жертв был теперь гораздо сильнее. Одно дело, когда тебя насилует пусть и гнусный злобный, но человек, и совсем другое, когда насильник — обезъяноподобная тварь из ночных кошмаров.
А с некоторых пор члены их банд попробовали на вкус человечину. И она им понравилась.
Такие вот это были замечательные во всех отношениях ребята. Новые центурионы, Нового Мира.
День был самый обычный. По крайней мере, поначалу. Накануне почти все байкерские банды получили задания от своих кураторов и более пятисот мотоублюдков двинулись на охоту за самой желанной дичью. Охоту на людей.
Хотя, если вспомнить историю, то такая охота была не в новинку в демократической Америке. Корни тяги к подобного рода развлечениям крылись во временах рабства, когда охота за беглыми рабами с собаками-людоедами, была любимым развлечение во многих южных штатах.
Банда Бивиса сегодня направлялась в южном направлении. Там было полно маленьких городков, и добыча ожидалась богатая. Жители в таких местах недоверчивы, неохотно прислушиваются к мнению властей, и их трудно сдвинуть с места. Так что большинство населения наверняка не успело эвакуироваться.
Выехать пришлось рано, так как проехать предстояло более ста пятидесяти километров. Кавалькада из семидесяти байков растянулась на добрую пару сотен метров по дороге, словно сегментированная гремучая кожаная змея, гремящая позвонками мотоциклов.
Настроение у членов банды было отменным. Они были уже заранее возбуждены от предвкушения безнаказанности и запаха крови, витающего в воздухе. Они ехали насиловать и убивать. Ну а после некоторые из них, познавшие сладкий вкус человеческого мяса, подобно тиграм-людоедам, собирались устроить пиршество, поджарив свежатинки из жертв, которые помоложе и посочнее.
Поездка оказалась довольно утомительной. На дороге было много брошенных машин, которые затрудняли движение. И хотя мотоциклисты легко объезжали препятствия, в крайнем случае по обочине, но новые тела и неуклюжие пальцы рук затрудняли управление байками, и это раздражало.
Наконец, через несколько часов движения кавалькада мотоциклистов въехала в первый небольшой городок на их пути, который ещё не накрыл приближающийся газовый фронт.
Но, вопреки ожиданиям, сразу начать веселье не удалось.
Бивиса неприятно удивила тишина и отсутствие людей. Город как будто вымер. И дело явно было не в том, что люди попрятались по домам. Похоже, что большинство жителей успело эвакуироваться.
Байкеры остановились на центральной улице, и Бивис подозвал к себе одного из подручных, который отзывался на прозвище Сурок. Он понимал, что в брошенном городке ловить нечего, но хотел убедиться, что жители действительно уехали, а главное, как давно и сколь поспешно они собирались. Кроме того, хотел выиграть время, чтобы сообразить, что делать дальше. Рядовые бойцы должны считать, что вождь мудр и всегда знает, как быть.
Поэтому главарь поручил Сурку взять десяток бойцов и обшарить близлежащие дома. Те с готовностью кинулись выполнять поручение.
Минут через пятнадцать Сурок доложил боссу, что все дома пусты. Но в некоторых домах на столах брошены остатки недавнего завтрака, и чайники ещё тёплые.
На морде Бивиса появилась нехорошая ухмылка. Видимо, власти всё же сумели организовать эвакуацию жителей. Но судя по всему, колонна с беженцами выехала только этим утром. А так как дороги были забиты брошенными и попавшими в аварию машинами, то колонна автобусов будет двигаться медленно и у банды появлялись все шансы догнать беглецов.
Банда Бивиса кинулась вдогонку, как стая волков за раненым оленем. Не прошло и часа, как они нагнали колонну из десятка разномастных автобусов. Беженцев сопровождали две патрульные полицейские машины. Одна впереди колонны, другая следовала за последним автобусом. Колонна ехала медленно, приходилось постоянно объезжать препятствия из брошенных и столкнувшихся машин.
Бивис дождался, пока колонна выбралась на прямой участок дороги, не забитый брошенными машинами, и прибавил скорости.
Вереница байкеров двигалась по встречной полосе параллельно движению автобусов. Бивис краем глаза следил за проплывающими мимо бортами автобусов. В окнах мелькали испуганные и любопытные лица, с опаской поглядывающие на обезьяноподобных молодчиков на мотоциклах.
Вскоре Бивис достиг головы колонны и некоторое время ехал, поравнявшись с первым автобусом, но позади полицейской машины.
Наконец, впереди появилась пробка из брошенных машин. Несколько легковых автомобилей и грузовик, стояли на полосе движения, по которой ехала колонна автобусов.
Патрульный автомобиль включил мигалки и сирену и стал забирать влево, чтобы обогнуть п препятствие.
В этот момент Бивис ускорился и, поравнявшись с полицейским автомобилем, выхватил притороченный сбоку мотоцикла в специальных держателях дробовик и выстрелил в окно водителя, почти в упор.
Мотоцикл главаря пронёсся вперёд, а его место занял следующий в веренице байкеров мотоциклист, который также бабахнул из дробовика, но уже по полицейским на заднем сиденье патрульной машины. Прежде чем полицейская машина, потерявшая управление, врезалась в перегородившие дорогу автомашины, мимо успело проехать ещё несколько байков, наездники которых разрядили свои дробовики в изрешечённую машину полиции.
Колонна автобусов остановилась. Бивис с удовлетворением услышал выстрелы из дробовиков, доносившиеся со стороны хвоста колонны. Это его приспешники добивали экипаж замыкающего патрульного полицейского автомобиля.
А дальше началась кровавая вакханалия. Беженцев было много. Человек триста. В основном женщины и дети. Лакомый кусочек.
Немногочисленные мужчины пытались сопротивляться. Некоторые были даже вооружены. Их застрелили из дробовиков. Остальных забили обрезками металлических труб и стальными прутьями.
И пошла кровавая потеха. Бандиты насиловали, калеча и потом перерезая жертвам глотки. Тех беженок, которые постарше и не особо симпатичные, убивали сразу. Дикие крики жертв ласкали слух насильников.
Через пару часов члены банды Бивиса были в крови с ног до головы. Они уже утомились. Сил насиловать тоже не осталось. Поэтому они методично добивали ещё живых, перед тем как отправиться в обратный путь.
Те из них, которые не брезговали человечинкой, набили целый автобус, который собирались отогнать домой, телами молодых упитанных женщин и детей.
Все были довольны и громогласно восхваляли главаря. Что и говорить, вылазка удалась.
Обратно ехали не торопясь. Усталые, но довольные. Торопиться не было причин, да и, набитый телами автобус, двигавшийся в середине колонны, тормозил движение.
Вереница мотоциклов катила по прямому как стрела участку дороги, вдоль обочины которой тянулись заросли лесопосадок.
Бивис ехал в голове колонны, предаваясь сладким воспоминаниям о расправе над беззащитными жертвами.
Он не сразу понял, почему вдруг ощутил тревожное беспокойство. Последнюю минуту, что-то его раздражало, отвлекая от сладких кровавых грёз. Какой-то неприятный, постепенно нарастающий звук. Смутно знакомый, как будто Бивис уже где-то слышал его раньше.
Обострённое звериное чувство опасности заставило его притормозить и поднять голову, озираясь в поисках источника звука.
Он судорожно пытался понять, что это за звук. Звук из той прежней, ещё до случившейся катастрофы, жизни.
Пытался вспомнить, но безуспешно. До той самой секунды, когда сбоку дороги, над деревьями взмыли хищные силуэты трёх боевых вертолётов. Тогда он вспомнил. Но было уже слишком поздно. Последнее, что он увидел, были дымные следы от устремившихся к колонне мотоциклов ракет и рокот заливших шоссе ливнем пуль крупнокалиберных пулемётов.
