Через десять минут палестинцы были на месте. Отойдя в сторону от дорожки, они сноровисто переоделись и натянули на голову капроновые чулки. Вид у них стал довольно комичный, но ни у кого не появилось на лице даже тени улыбки. Нервное напряжение перед атакой давало себя знать. Смысла изображать спортсменов уже не было. Они вытащили из сумок оружие и, стараясь не шуметь, подошли к дому № 31 на Коннолиштрассе. Улицу назвали в честь американского спортсмена Джеймса Конноли, победителя Олимпиады 1896 года.
В блочном доме располагалось несколько отдельных квартир. Часть из них занимали израильтяне, часть – спортсмены Уругвая и Гонконга. Важно было, чтобы ни один иностранец не пострадал. Нападающие знали, что здесь должен проживать двадцать один израильтянин. Они не гнались за количеством, боевиков все-таки было всего восемь. Достаточно захватить и половину команды.
Им повезло: входная дверь оказалась незапертой. Боевики «Черного сентября», стараясь не шуметь, вошли в общий холл. Все действия были расписаны заранее. Один человек остался охранять вход. Остальные приготовились ворваться в квартиру, где жили семеро членов израильской спортивной команды. Люди Азиза смогли достать слепки с ключей, поэтому дверь не ломали, а попытались аккуратно открыть. Дубликат никак не хотел проворачиваться в замке. Руководитель операции взмок от напряжения. Получалось довольно шумно.
Непонятную возню за дверью услышал один из жильцов, спортивный судья. Ему было сорок лет, и он спал очень чутко. На самом деле это был офицер израильской контрразведки «Шабак». Он единственный, кто занимался вопросами безопасности евреев на Олимпийских играх. Ему очень не нравилось, как немцы отнеслись к обеспечению охраны спортсменов. Он с тоской осознавал, что, кроме него, защитить ребят будет некому. Оружия, чтобы дать отпор нет, подмоги ждать неоткуда, остается только бдить.
Чутко отреагировав на посторонний шум, контрразведчик босиком подошел к двери, стараясь никого не разбудить. В этот момент замок наконец-то поддался, дверь приоткрылась, и он увидел людей с автоматами. Раздумывать было некогда, сработал инстинкт. Двухметровый гигант весом за сто тридцать килограммов выполнил свой патриотический долг. Он всем телом навалился на дверь и закричал, предупреждая товарищей об опасности:
– Тревога! Террористы! Бегите!
На несколько критически важных минут он задержал налетчиков, не ожидавших отпора. Он не думал о себе. Дверь была довольно хлипкая, а за ней несколько крепких вооруженных человек, разъяренных неожиданным сопротивлением. В любом случае дверь не представляла серьезной преграды, но израильский гигант преграждал собой молниеносный прорыв. Террористы успели просунуть в приоткрывшуюся щель ствол автомата и, поднапрягшись, вломились в комнату. Упавшему герою сразу досталось прикладом в лицо. Так пролилась первая кровь.
Как минимум одному человеку он все-таки спас жизнь. Тренер по тяжелой атлетике, который делил комнату с подопечными, вскочил и выбежал в общую гостиную. Он увидел, что товарищ еще удерживает дверь, а через приоткрывшуюся щель лезет ствол автомата. Значит, это были не грабители или воры и вопрос стоял о жизни или смерти.
Тренер, крепкий мужик, мог бы, конечно, помочь товарищу, но ужас отключил все чувства, кроме инстинкта самосохранения. Маленьким мальчиком он прошел немецкий концлагерь. С тех пор он не то что ненавидел, а панически боялся всего немецкого. Он никогда не покупал немецкие товары, не слушал немецкие песни, всячески старался не вспоминать те ужасы из детства. Он и на Олимпиаду в Германию поехал после долгих мучительных раздумий. Решающим стало то, что здесь, на Олимпиаде, он мог получить статус международного спортивного судьи. Тренер в панике ринулся обратно, подскочил к окну и даже не попытался его открыть. Он в ужасе выбил окно, выскочил на улицу и что было духа помчался, не разбирая пути. Остальные жильцы ничего не успели сделать.
В это время палестинцы, орудуя прикладами автоматов, сбили контрразведчика с ног и бросились к другим комнатам. Раннее утро и крепкий сон сделали свое дело. Террористы, ограниченные численностью, действовали двумя группами. Из первой же комнаты они выволокли не успевших проснуться двух человек. Главарь распахнул дверь в другую комнату, оттуда на него бросился в трусах и майке крепкий мужчина. Единственное оружие, которое он смог быстро найти, был нож для разрезания фруктов, который лежал на столике рядом с кроватью. Араб успел увернуться, лезвие лишь рассекло его одежду. Подстраховывающий напарник тут же дал короткую очередь из автомата в упор. Руки у него тряслись, поэтому пули улетели мимо, только одна распорола обороняющемуся щеку и выбила зубы, хлынула кровь.
Террористы погнали безоружных заложников вверх по лестнице, где захватили еще двоих.
