— Боюсь, что нигде, — со вздохом ответили из-за спины. — Ему не стоило нападать на мирных жителей. Тут живут демоны-пчёлы, они с врагами не церемонятся.
Кесса, изумлённо мигнув, медленно повернулась к невидимому существу. Она знала этот голос, и говорящий знал её, но нелегко было поверить ушам…
— Речник Фрисс?!
Громадное существо, с шумным сопением обнюхивающее траву, подалось в сторону. Его всадник уже был на земле — яркий, сверкающий, в сарматском скафандре. Откинув шлем, он изумлённо мигнул и прижал Кессу к себе — так, что у неё перехватило дух.
— Речник Фрисс… — она зарылась лицом в мягкую золотистую броню. Она тихо смеялась, и слёзы сами катились из глаз.
— Вот так так… — пробормотал смущённый воин и неловко потрепал её по макушке. — Ну, будет тебе, Кесса. Вот же занесли тебя боги, дочь Ронимиры! Что ты в этих краях забыла-то?!
Флона — огромная трёхцветная Двухвостка, бронированный ящер, весь в длинных острых шипах — неутомимо шла вперёд, не отвлекаясь ни на один кустик на бездорожной болотистой равнине. Резные листья белески, покрытые белыми пятнами, покачивались вокруг, сладкий запах поднимался над долиной — ядовитые травы цвели. Флона шла напрямик, сминая их и втаптывая в землю. Она едва ли видела в тумане дальше, чем Кесса, но что-то вело её по прямому пути, и она не тревожилась ни о чём.
«Живая крепость!» — Кесса украдкой дотянулась и погладила ящера по макушке. «И если ты знаешь, куда идёшь, — отважнее зверя нет во всех мирах…»
— Это правда? Ты не шутишь, нет? Ты идёшь… идёшь в Кигээл?! — с замирающим сердцем спросила она, придвинувшись к Речнику. — Так приказал Астанен?
— Давно пора вывести оттуда наших мертвецов, — отозвался Фрисс без тени усмешки. — Владыка Мёртвых согласен, осталось дойти и забрать их. Несложное дело, разве что долгое. После того, что ты уже видела, Кигээл тебя не напугает. Свирепый ящер с перьями, кислотный потоп, подземные корабли… Да, Кигээл тебя теперь не устрашит.
Налетел мокрый ветер, и туман, порванный в клочья, нехотя отступил. Равнина, заросшая широколистными ядовитыми травами, окружала путников со всех сторон, земля сочилась влагой, и на ней не было ни единой тропы. Ветер пропах мёдом, сладким соком болотных трав и гниющей листвой, но как Кесса ни принюхивалась, она не учуяла дыма. Тут некому было жечь костры и растапливать печи.
— Дует с озера, — Речник Фрисс, выбравшись из сарматской брони, туго свернул её и упрятал в суму. — Это хорошо. К вечеру ветер поменяется, потянет с Геланга. На ночь наденешь скафандр.
— Эхм… ага, — кивнула Кесса. «Вот в чём я ещё не спала, так это в сарматской броне!» — думала она. «А хорошо, всё-таки, что Фрисс знает дорогу! Я тут саму себя не нашла бы…»
Флона, бредущая по зарослям белески, принюхалась и замедлила шаг, а потом и вовсе остановилась. Приподняв голову и тревожно сопя, она зарычала — негромко, но раскатисто. Фрисс привстал, огляделся по сторонам и легонько встряхнул поводья. Двухвостка, фыркнув, потопала к ближайшему холмику — скорее, кочке среди бесчисленных ямок и лужиц.
— Непохоже, чтобы тут была дорога, — тихо сказала Кесса, глядя с холма на цветущую белеску и густеющий туман. — Хоть сейчас, хоть тысячу лет назад.
— Пчёлы Нкири не строят дорог, — буркнул Речник, извлекая из сумки шелестящий рыбий пузырь. Внутри было множество исчерченных свитков, и Фрисс развернул один из них на коленях, прикрывая ладонью от промозглого ветра. Кесса заглянула через его плечо и присвистнула.
— Карта! Речник Фрисс, где ты взял хесскую карту?!
— Одолжил один добрый Некромант. Йудан его имя, — пробормотал воин, вглядываясь в линии и значки. Отведя взгляд от карты, он посмотрел на горизонт — туда, где клубился туман, такой густой, что казался тучей, улёгшейся наземь. Тёмно-серое облако будто прилипло к равнине, и свистящий над ней ветер не мог сдвинуть его с места.
— Не нравится мне это пятно, — тихо проговорил Фрисс, глядя на тучу недобрым взглядом. Кесса поёжилась.
— А… нам точно туда надо? Что под этим облаком? — опасливо спросила она. Багряные стрелки на карте упирались в нарисованный жёлтый холмик с дырками, никаких туч на листе не было, — только дырявый холм и здоровенная пчела рядом с ним.
— Город людей-пчёл. Называется Гелис, — Фрисс заметил, что непроизвольно комкает карту, и с досадой отдёрнул руку и потянулся к поводьям. — И по доброй воле они туда не залезли бы. Что-то неладно…
Он подхлестнул Двухвостку, и ящер с недовольным шипением побрёл к неподвижной туче.
Облако было ближе, чем показалось Кессе с холмика. Туман с каждым шагом густел, и вскоре вокруг остался лишь пятачок чуть-чуть шире двухвосткиной спины. Кесса щурилась, напрасно стараясь разглядеть что-нибудь в сером мареве.
— Вот это приключения… — прошептала она, едва шевеля губами.
— Надеюсь, что нет. Мы только спросим, что там творится, и если всё в порядке вещей — развернёмся и уйдём, — отозвался Фрисс, угрюмо вглядываясь в туман. Он что-то видел там, видела и Двухвостка — она шла прямо, как по нитке, не спотыкаясь и не запинаясь о невнятные тени, встающие вокруг.