И это было правдой — и Флона, приютившаяся в дальнем углу, затерялась в грудах обломков и разбросанных вещей. Церит, прикреплённый когда-то к стене, упал и закатился под опрокинутую скамью и оттуда едва-едва светил — пока Ангеасса не нашла его и не подняла над головой с радостным воплем.
— Кесса! — нахмурился Речник, хватая странницу за плечо и водворяя обратно на панцирь Двухвостки. — Не щупай что попало!
— Хороший совет, — махнула хвостом колдунья. — И к себе его примени. Есть хотите?
Она заглянула в глубокую нишу в стене, откуда тянуло теплом, и достала закрытый горшок.
— Что тут плавает? — спросил Фрисс, заглядывая в свою миску. Варево было густым, пахло вкусно, — Кесса, не задавая лишних вопросов, потянула ложку в рот.
— Грибы и лягушки, — отмахнулась Ангеасса. — Так, это стул, а тут скамья. Гленн, где полки?
— Вайнег их знает, — буркнул хеск. — Уйди с моей жаровни, она и так помялась.
Комната быстро обретала жилой вид, и все странные вещи обретали место и назначение — Кесса только успевала смотреть по сторонам. «Ишь! Это и вправду летучая мышь,» — она проводила взглядом чучело, подвешиваемое к потолку. «Большая!»
— Из Лолиты нет вестей? Тут, говорят, неспокойно, — Фрисс, покончив с варевом, поймал Гленна и решил расспросить его о важных вещах. — А какая дорога удобнее?
— Колдунья Ангеасса! А Некромант по имени Саркес тоже тут жил? — спросила Кесса — и вздрогнула, когда хеска выронила всё, что несла, и всплеснула руками с громким сердитым шипением.
— Саркес?! Да, этот выродок у нас жил! Это он проклял Лайон, я просто уверена! Гленн чуть не убил его и выгнал вон, но он ушёл в Лолиту… Надо было убить!
Речник Фрисс мигнул, повернулся к ней, но спросить ни о чём не успел. Не успела ничего сказать и Кесса — весь дом, содрогнувшись, просел, и гулкий трубный рёв затопил улицы. Речник вскочил на ноги, выхватывая мечи, — но тут же бросил их в ножны и схватил Кессу за плечи.
— Беги! Флона, вставай!
— Опять! — вскрикнула на улице Ангеасса — она первой успела вылететь за дверь. — Гленн, скорее!
— За ними, — Фрисс подтолкнул Кессу в спину. Флона выскочила следом, испуганно рявкнув. Вой не умолкал — будто где-то рядом ревели, сбившись в стадо, алайги.
Спрыгнув с крыльца, Кесса услышала плеск, посмотрела под ноги и охнула — тёмная болотная вода затопила все мостовые. Обрывки мха, гнилые листья и ветки, странные белесые создания с раздутыми боками, — всё валялось на камнях, на ступенях, и водяные змеи извивались в грязевой каше, разыскивая свои норы. Мостовая дрогнула ещё раз, поднимая илистую волну.
— Идём! — Фрисс уже бежал куда-то по переулку. Впереди Кесса видела белое сияние, то вспыхивающее, то пропадающее. Флона топала следом, поднимая фонтаны брызг.
На краю затопленной набережной по колено в болотной воде стояли Гленн и Ангеасса. Белый свет кольцами расходился от них, и огни, срываясь с их ладоней, исчезали под краем платформы — и с каждой вспышкой он слегка приподнимался. Поодаль, у окунувшихся в жижу мостов, тоже вспыхивал серебряный свет, и Вайморы в белых одеждах, выбираясь из накренившихся домов, сбегались к нему.
— А-ай! — Кесса с размаху села на затопленную мостовую, и её окатило брызгами — рядом не устоял на ногах Фрисс. Весь город содрогнулся — и вода хлынула обратно в болото. Лайон всплывал из трясины, вздрагивая от напряжения. Вой затих, сменившись гвалтом и взволнованным шипением, — Вайморы собирались к краю. Кто-то спешил смести с мостовой лиственный сор и мох, кто-то собирал в мешок водяных змей. Одна из них плавала в ближайшей водяной чаше. Флона сунула туда нос, возмущённо фыркнула и подошла к Фриссу.
— Да, со змеями не шути, — кивнул тот, оглядываясь по сторонам. Чёрные листья прилипли к его доспехам, но он не замечал их.
— Речник Фрисс, на тебе мох, — прошептала Кесса. Он мигнул.
— Где Гленн и Ангеасса? Куда они ушли? Не видела?
Флона опустила морду к земле и засопела. Речник хмыкнул.
— Должно быть, пошли к дому. Садись, поедем обратно. Тут, похоже, не до нас.
Из переулка навстречу им выметали гору прелой листвы и мокрого мха, во все стороны от неё прыскали белые многоножки, и Флона, опасливо зафыркав, устремилась по другой улочке.
— Стой! — Фрисс дёрнул поводья и спрыгнул на мостовую, не дожидаясь, пока ящер остановится. Кесса скатилась следом и влетела в тихий дворик. Там на врытых в землю столбах цвели вьюнки с красивыми зелёно-чёрными листьями, и маленькая водяная чаша время от времени плевалась в них водой. Из неё, должно быть, хотели сделать фонтан, но что-то не получилось.
— Хэ-э-эссс… — простонали из вьюнков. В их тени, прижав к затылку поникший гребень, сидел Гленн. Зачерпнув из чаши немного воды, он вылил её себе на макушку. Появление пришельцев не слишком его обрадовало.
— Гленн, ты что? Расшибся? — Фрисс наклонился над ним, разглядывая голову хеска, и даже хотел пощупать, но Ваймор сердито зашипел.
— Магия, Вайнег её дери… — он пригладил гребень и снова смочил его холодной водой.
— Перегрелся? — нахмурился Фрисс. — А где Ангеасса?