Двухвостка снова зафыркала — её притёрли к поребрику так, что шипы чиркнули о камень. Ваймор подошёл к фальшборту, посмотрел вниз и издал короткое шипение. Его сверкающий гребень качнулся с громким треском. Второй хеск подошёл к нему. Теперь они смотрели на Двухвостку вдвоём и тихо шипели.
— Хаэй! — Кесса помахала им рукой. — Красивый у вас корабль!
Ваймор вновь шевельнул гребнем и отошёл от ограждения. Второй, смерив чужаков брезгливым взглядом, последовал за первым. Кесса удивлённо мигнула.
— Чего это они?
— Тут не принято ездить на зверях, — махнул рукой Фрисс. — Да им и ни к чему. Сто-ой! Вон туда иди, прямо к камню!
Мимо, постукивая костяными лапами, проползла чужеземная повозка, из-под навеса над ней кто-то сверкнул на чужаков глазами, но останавливаться не стал. Кесса проводила его настороженным взглядом. «Некромант! А на него-то не косятся…»
— Хм… Понятно, — протянул Речник, разглядывая огромную мраморную плиту, испещрённую странным узором. — Река тут, а это наша дорога… Иди сюда, Кесса. Смотри, это дорожная карта Лайона.
— Ух ты! — Кесса удивлённо мигнула. — Это город?!
— Город тут, — Фрисс очертил пальцем огромный выпуклый квадрат со множеством борозд и выступов. — Он держится над болотом на сваях. Тут тянутся каналы… А сюда нам нужно пробраться. Торговый пригород, сюда прибывают все караваны.
«Торговый? Как Роох?» — Кесса в задумчивости закусила губу. Переполненные проулки, Дом Сосновой Ветви, толкотня и рёв обозлённых ящеров, — всё тут же ей вспомнилось. «И тут так же… Храни нас Река-Праматерь!»
— Торговый пригород? Речник Фрисс, а зачем мы туда едем?
— Ищем постоялый двор, зачем же ещё? — хмыкнул тот. — Не на улице же нам ночевать?
— Не надо постоялый двор, — мотнула головой Кесса. — Поищем дом с веткой Тунги! Я не хочу в торговый пригород, Речник Фрисс. Я их уже видела.
— Вот дела! И что в них плохого? — недоумённо спросил он. — Все торговцы живут там, а они себе не враги.
— Вот именно! — сверкнула глазами Кесса. — Торговцы! Если мы пойдём туда, все великие деяния закончатся. Начнётся всякая ерунда… езда на повозках, возня с тюками, починка чего ни попадя и торговля за каждую дохлую лягушку! И ничего больше, Речник Фрисс. Только всё вот это.
— Да? Так этим мы и… Постой! Какие ещё великие деяния?! — он положил руку ей на плечо и взглянул в упор.
— Спасения городов и мирных существ, — прошептала Кесса. — Сражения с армиями. То, что возвращает славу Великой Реке. Там, где ты идёшь, свершаются такие деяния. А там, где хожу я, только повозки и поломанные железки!
— Вот оно как… — протянул Речник. Ему было что сказать, но он медлил и только судорожно сглатывал, как рыба на берегу.
— Так ты хочешь ночевать в городе? — спросил он наконец. — Ну ладно. Дело вроде бы неопасное. Едем!
…Лес давно уступил место каменным плитам, глубоко ушедшим в землю, — даже мху не разрешалось тут расти — и тысячи лап сновали по этой мостовой, чтобы ещё надёжнее утрамбовать её. Кесса зачарованно глядела на громадный камень, будто повисший над провалом, и череду сияющих обелисков над ним. Дальше, покачиваясь в тумане, виднелись очертания домов и башен, многоскатных крыш и раскидистых крон. То, что удерживало огромнейшую из каменных плит в воздухе, было укутано дымкой. Тут, в полудесятке шагов от лап Флоны, земля, закованная в базальт, обрывалась, а снизу тянуло мокрым мхом и прелой листвой. Над затопленным провалом нависали длиннейшие мосты, и ни один из них не был пуст. Разные существа — кто с ношей, кто с пустыми руками — шли в город или уходили прочь, и Двухвостка стояла на пути толп, как остров в живой реке.
— Ой! Это очень узкие мосты! — сказала Кесса, испуганно глядя на Фрисса. — Если бы соединить их, Флона прошла бы, а так она упадёт!
— Она знает, — буркнул Речник, оглядываясь по сторонам. — Тут нужен подъёмник. Сиди здесь.
Он спешился и пошёл к беседке из жёлтого камня, слегка поросшего мхом. За проёмами меж её колонн блестела бирюзовая чешуя и сталь.
Фрисс вернулся не один — с ним были двое Вайморов в сверкающей серебристой броне. Обойдя Флону со всех сторон, один из них остановился сбоку от неё и задумчиво помахал хвостом. Хвост у Ваймора был странный — будто расплетающийся на множество чешуйчатых кос и прядей.
— Куда ты тащишь это животное? — спросил хеск, разглядывая Двухвостку. — Отпусти его в лес.
— Это не лесной ящер, — покачал головой Фрисс. — Ручной зверь в лесу не выживет. Где тут подъёмники для больших грузов?
— Такое животное может перегрызть канат, — снова помахал хвостом бирюзовый ящер.
— Или раздавить кого-нибудь из горожан, — добавил второй хеск. — Оно слишком большое, чтобы жить в городе. Зачем вы вообще на него уселись?
— Хватит ли десяти кун, чтобы найти прочный канат и надёжную балку? — ровным голосом спросил Речник. Стражники переглянулись.
— Этот ящер может быть злобным, — один из них поднёс древко копья к пасти Флоны, и Двухвостка обиженно фыркнула и подалась назад. — Или неуравновешенным. У панцирников обычно скверный нрав.