— Мы сейчас свалимся с этих ступенек, если ты не отпустишь мою руку! — раскаты грома пугают, молния сверкает из-за туч, Даффи сильней напрягается, но не отпускает мою руку, — Даффи!
— В таком случае, я зайду первая! — она толкает меня назад и открыв скрипучую дверь, заходит.
Все как в старой сказке. От скрипа двери и запаха ударившего в нос, кожа покрывается мурашками. Озноб сковывает тело. Я цепенею, боясь сделать шаг вперед, в то время как Даффи проходит внутрь, и придерживает дверь открытой, для меня. Я делаю глубокий вдох, зажимаю нос и захожу внутрь.
— Ой только не говорите, что вам не нравится этот запах, — громко смеется женщина в цветном платке и цветном платье, с черным фартуком впереди. Она стоит в маленькой комнате, у котла, варит зелье или отвар, от которого несет ужасный приторный запах.
— Здравствуйте! — дрожащим голосом шепчу, в то время как впереди стоящая Даффи стоит, набравшись в рот воды.
Из-за пара исходящего из котла трудно увидеть очертания лица ведуньи, но то что она пышных форм, нетрудно заметить. Кстати, что я здесь заметила, так это все женщины упитанные, пухлые. Это говорит о том, что в королевстве никто не страдает от голода.
— Какая вы ужасно худощавая! — ведунья выходит из своего укрытия, движется в нашу сторону. Даффи смелеет и загораживает меня собой.
— Даффи, расслабься. Она ничего нам не сделает! — я отстраняю ее в сторону и заглядываю в изумрудные глаза ведуньи.
Ведунья ходит вокруг нас, осматривает, как товар на рынке.
— Нужно набрать вес, — она щупает мои руки, — так не годится, кожа да кости! Нашему мальчику такие не нравятся! Ты же видела свою соперницу? Ты должна догнать ее в весе, а то у нее есть все шансы, завладеть сердцем принца.
— Если она до сих пор не сумела завладеть его сердцем, то и сейчас ей не удастся! — выговариваю на одном дыхании.
Да что происходит?
Мне какая разница, кто овладеет сердцем принца?
Совет да любовь, как говориться!
А меня пусть оставят в покое!
Я вернусь домой, где меня ждут близкие. Бабушка и мама.
— Хаха, — от ее смеха пробирает до дрожи, — остерегайся ее! Потом не ной, что я не предупредила! — ведунья тычет пальцем в мой нос.
— Хватит трогать мою принцессу, — грудь Даффи высоко вздымается, от громкого и частого дыхания, — мы к вам по делу пришли, а не советы просить.
— Вы украли розу! — решаю не прислушиваться к бреду, который она несет, — мы пришли за ней.
— А как по-другому мне надо было достучаться до вас? — опять этот ее смех.
— Что? — я открываю рот от удивления.
— То есть, — не выдерживает Даффи, — вы украли розу, чтобы мы к вам пришли?
— Я хотела увидеть Амелию, ничего другого не пришло в голову, — она разводит руками и подходит к своему дымящемуся котлу, перемешивает большим деревянным черпаком.
— Так вы вернете розу? — она указывает мне взглядом за свою спину на окно, куда я непременно подхожу и заглядываю.
— Убедилась, все с ней в порядке! — роза кивает мне, и роняет капли воды от дождя.
— Верните нам ее и мы уйдем!
— Принцесса, — Даффи становится рядом, за спину ведуньи и мы оба смотрим на туман, исходящий из котла.
— Смотрите внимательно, — звучит грозно и страшно. Тело покрывается ознобом, когда ведунья поднимает черпак над котлом, ведет им в стороны, развивая дым. Он переливается из голубого в зеленый. Волшебство наполняет комнату. Чем больше я заглядываю в дым, тем четче вижу в ней знакомые стены. И сидящую на диване бабушку, разговаривающей с моим портретом.
— Бабушка! — кричу, надеясь, что она услышит.
— Амелия, дочка, — он гладит мои волосы на портрете, — я чувствую сердцем, что у тебя все хорошо. Но я бы так хотела увидеть тебя… — бабушка вытирает лицо, наверное плачет, я не вижу, она сидит спиной, — твоя мама совсем потеряла рассудок, после твоего исчезновения. Стала злоупотреблять спиртным и домой приводить неизвестных мужиков.
— Бабушка! — кричу, надеясь, что она услышит.
— Амелия, дочка, — он гладит мои волосы на портрете, — я чувствую сердцем, что у тебя все хорошо. Но я бы так хотела увидеть тебя… — бабушка вытирает лицо, наверное плачет, я не вижу, она сидит спиной, — твоя мама совсем потеряла рассудок, после твоего исчезновения. Стала злоупотреблять спиртным и домой приводить неизвестных мужиков.
— Бабушка, — я провожу рукой по зелено — голубому дыму, хочу развеять туман, — я здесь, ты только повернись!
— Я неоднократно пыталась говорить с ней, но… — она тяжело вздыхает, ставит мой портрет на маленькую тумбочку возле дивана, — Амелия, если бы ты только вернулась… может бы вернула матери разум, я бессильна, она меня совсем не слушает…
— Бабушка! — я кричу и в миг туман рассеивается, ведунья дует на котел и убирает черпак, смеется, — зачем вы так? Над чем смеетесь? — Даффи хватает мою руку, сжимает.
— Пойдем моя принцесса.
— Я хотела показать тебе свои способности, в которые ты не верила! — она еще громче смеется, как ненормальная.
