Она вскочила так резко, что шахматная доска упала на пол. Фигурки из слоновой кости полетели в разные стороны.
— Вы ненормальный, господин Оннет!.. Вы несете чушь!
Он тоже поднялся.
— Постойте, графиня, — сказал он удивленно. — Я понимаю, что вы мне не верите. Но я говорю правду.
— Правду? Да это же просто бред!.. Наверное, ваша рана дает о себе знать! Вам надо лечь в постель — и немедленно! — И Доминик, пылая гневом, выскочила из библиотеки. Он растерянно смотрел ей вслед.
…Доминик плохо спала этой ночью. Она вернулась к себе после так и незаконченной партии в шахматы в расстроенных чувствах. Она только начала верить де Немюру… Только оправдала его в тех преступлениях, в которых его обвиняли… И вот — пожалуйста! Он пытается оговорить Рауля. Несет полный бред. Утверждает, что Черная Роза — не Рауль! Да откуда он это взял? И ведь столько знает… Как будто сам был в тот день в Руссильоне.
Рауль — не Черная Роза!.. Больше всего девушку возмущало это. Чтоб у де Немюра отсох его гнусный язык, — сказать ей такое! Рауль, ее любимый, ее верный, ее бесстрашный Рауль! Ее жених… нет, ее муж! Уже больше четырех лет ее законный супруг!
…А де Немюр — ненормальный. У него припадки… Закрыла ли она изнутри дверь? Так и есть — засов не задвинут! Вдруг у герцога опять будет приступ, и он ворвется к ней, как тогда — к королеве? — Доминик бросилась к двери и быстро задвинула засов. — Он, конечно, вчера был ранен. Но ведь сегодня уже ходит по замку как ни в чем не бывало! Он такой сильный и высокий! Она и с раненым с ним не справится! Ей надо спасаться от этого человека… Бежать из его замка, пока не поздно!
На другое утро Дом вскочила ни свет ни заря. Она умылась и отворила дверь в свою комнату, чтобы выйти. Похоже, де Немюр уже тоже проснулся, — дверь в его комнату была приоткрыта, из-за нее доносились довольно громкие голоса.
— Идите к черту, Леклер! — услышала девушка недовольный голос де Немюра.
— Монсеньор… Вы ведете себя неосмотрительно! Еще раз повторяю — вам надо лежать. Мне не нравится ваша рана. А вы вчера почти весь день пробыли на ногах.
— Ненавижу лежать в постели! И вам это прекрасно известно.
— Значит, вы хотите, чтобы рана открылась? Хотите упасть где-нибудь в обморок?
— Уйдите, ради Бога, или я запущу в вас вашим ланцетом!
— Монсеньор! Обещайте мне, по крайней мере, что не будете перенапрягаться. Никаких физических нагрузок!
— Я не собираюсь рубить дрова или таскать на себе воду, Леклер. Ступайте и оставьте меня в покое. Моя рана откроется скорее от ваших нотаций, чем от чего либо еще!
Девушка закрыла свою дверь и задумалась. В голову ей пришел план. Возможно, она сумеет сегодня же вырваться из замка Немюр-сюр-Сен! И к вечеру будет уже в Париже, в объятиях своего Рауля!
Сразу после завтрака Доминик постучалась в дверь комнаты де Немюра. Он был у себя — как всегда, одетый во все белое и в белой маске. Девушка без обиняков приступила к делу:
— Позавчера вы сказали, господин Оннет, что я могу выйти из замка в вашем сопровождении.
Он наклонил голову в знак согласия.
— Так вот — я хочу отправиться на прогулку. И как можно быстрее. Мне необходим свежий воздух, а здесь я как в тюрьме.
— На прогулку? Прекрасно, графиня. Я готов вас сопровождать. Куда мы пойдем?
— Не пойдем — а поедем. Я хочу отправиться на верховую прогулку.
— А, — сказал де Немюр, пристально всматриваясь в ее лицо, которому Дом постаралась придать самое бесстрастное выражение. — Вы хотите поехать верхом?
— Вам это кажется странным? Да, верхом.
— Хорошо, графиня. Поедем верхом. Я прикажу Исмаилу оседлать лошадей… Исмаил! — Мавр вырос на пороге комнаты, как будто стоял под дверью и подслушивал. — Оседлай трех лошадей. Ты, я и графиня отправляемся на прогулку.
— Нет, — твердо возразила Доминик. — С вашим мавром я не поеду. Да и с другими вашими слугами тоже. Только вы — и я. Или прогулка отменяется, и я буду считать, господин Оннет, что вы не держите данного мне слова.
Де Немюр опять внимательно посмотрел на девушку. То, что она хотела поехать кататься с ним вдвоем, в любое другое время заставило бы его сердце радостно затрепетать. Но сейчас он чувствовал, что Доминик напряжена, что она готовит ему ловушку. Побег?.. Вполне возможно. Но отступать и отказать девушке ему не позволила гордость.
— Я сдержу слово. Мы поедем вдвоем.
Он покорился! Дом с трудом сдерживала возбуждение.
— Отлично! И лошадь для прогулки я хочу выбрать сама. Ведь вы не откажете мне в такой безделице?
— Что ж… Идемте на конюшню. Выберете себе скакуна по вкусу. Любого — какого захотите.
И снова он уступил! Пока все шло по ее плану.
Исмаил открыл дверь, и Дом, а за ней герцог, вышли в коридор. Шедшая впереди девушка не заметила, как де Немюр сделал мавру едва заметный жест рукой. Исмаил его понял, кивнул головой и исчез.
