Карлик жалел королеву. Он не считал ее ни жестокой, ни развратной. Она была просто — женщиной. Ревнивой, чувственной, страстной.
Но де Немюра ему было жаль больше. И Очо все же нарушил свое правило — и вмешался. И он спас герцога, когда того схватили и отвезли по приказу королевы в замок Шинон. Это Очо послал де Брие в Англию за королем, а потом дал Людовику показания против своей монархини, рассказав первым, что на самом деле произошло в ту ночь в спальне королевы в замке Немюр-сюр-Сен.
И эти показания могли стоить Очо жизни, — королева не простила бы ему такую измену. А карлик ведь хотел только одного — чтобы Бланш была счастлива. Нет, не с де Немюром, — потому что герцог никогда бы не пошел на эту связь. Но с каким-нибудь другим мужчиной, достойным любви королевы Франции.
А Бланш выбрала Рауля де Ноайля, этого гнусного злодея! О его мерзостях карлик знал предостаточно. Вот уж по ком плачет виселица! Уродец очень жалел, что де Немюр не прикончил Рауля в спальне королевы.
Чувствовал Очо и интригу с Доминик де Руссильон. Девушка очень ему понравилась. А Бланш явно не просто так пригласила ее ко двору. И здесь была тайна, и ее надо было раскрыть. И, возможно, и Доминик понадобится его помощь. «Я постараюсь помочь ей. хоть это и против моего правила невмешательства». Так думал карлик, кряхтя поднимаясь на третий этаж.
…Когда Мадлен де Гризи упала в обморок, Дом побежала в ее комнату, нашла нюхательные соли и привела бедняжку в чувство. Девушка отвела баронессу в спальню и уложила на кровать. Мадлен всхлипывала и что-то бормотала, но, похоже, все еще была как бы не в себе. Несчастная, едва голова ее оказалась на подушке, моментально погрузилась в сон, больше похожий на новый обморок. Дом осталась в ее комнате, на случай, если бедная Мадлен проснулась бы.
Дворец, казалось, погрузился во мрак и тишину. Доминик тяжело вздохнула. И тут же вскочила на ноги, потому что с нижнего этажа до нее донесся какой-то грохот.
Девушка уже знала, что под спальнями придворных дам находится опочивальня королевы. И было такое чувство, что грохот донесся оттуда. Доминик прислушалась. Через минуту раздался стук, как будто изо всех сил колотили в дверь. Потом — опять грохот, как будто швырнули что-то тяжелое. А затем до Доминик донесся вопль: «Ко мне! На помощь!» Голос был как будто знаком ей. Он был очень похож на голос Рауля де Ноайля, хотя немного тоньше, как если бы у человека, охваченного диким ужасом.
Затем — опять стук. И топот множества ног. Голоса, крики. Какое-то рычание, как будто внизу люди дрались с разъяренным зверем… И вдруг испуганная Доминик услышала хриплый голос, который кричал: «Рауль! Рауль! Мерзавец! Животное!» — и, за этим, тот же голос разразился страшными проклятиями.
Опять топот. И снова — крик: «На помощь!»… Потом все стихло. Что там происходило? Если бы не бедняжка Мадлен, Доминик обязательно бы сходила на второй этаж посмотреть, что случилось. Веселые же ночи в королевском дворце!..
Дом сидела, держа баронессу за руку. Вдруг сзади кто-то тронул девушку за плечо. Она чуть не вскрикнула и стремительно обернулась… Это был карлик.
— Сеньор Очо! Как вы меня напугали! — по-испански прошептала Дом.
Он посмотрел на нее и на Мадлен.
— Почему вы здесь, прекрасная сеньорита? Я искал вас в вашей комнате.
— Баронессе стало дурно, и я ухаживаю за нею.
Очо наклонился над спящей и взял ее за руку, щупая пульс.
— Бедная! — сказал он. — Она не скоро проснется. Мы можем поговорить и здесь.
Он обвел глазами комнату баронессы и, увидев на ночном столике вазу с фруктами, тут же схватил большое яблоко и бесцеремонно принялся уплетать его, присев на угол кровати.
— У меня опять дикий аппетит, — сказал он. — Сейчас внизу была такая сцена! Когда я такое вижу — сразу хочется есть. Уж вы меня простите, дорогая графиня.
— Я слышала, — прошептала Доминик. — Какой-то грохот. Топот. Крики… Ведь это было на втором этаже, правда, Очо?
Он подмигнул ей, ловко бросил огрызок в открытое окно и принялся за виноград.
— Да, сеньорита. Все верно. Это было на втором этаже.
— Что же там произошло?
— Герцог де Немюр хотел убить Рауля де Ноайля.
— Рауля?!! — воскликнула девушка, смертельно побледнев.
— О, не бойтесь, графиня. Они оба живы. Но какая это была сцена!..
— Рассказывайте же, Очо!
— Я сидел на подоконнике в спальне королевы и дремал, — неторопливо, явно смакуя свой рассказ, начал карлик. — Я, знаете ли, люблю спать у открытого окна. Дышать свежим воздухом весьма полезно для здоровья, хоть воздух в Париже и не слишком чистый.
— Сеньор Очо… — Дом вся дрожала. — Побыстрей, прошу вас!
— Ах, а мне хочется со всеми подробностями. Это было незабываемое зрелище, уж можете мне поверить! Никакие рыцарские турниры не сравнятся с этим.
— Умоляю вас! — Она просительно сложила руки на быстро вздымающейся от волнения груди.
— Ну хорошо, прекрасная сеньорита. Так вот — герцог де Немюр оглушил караульных и ворвался в спальню королевы. Ее не было в комнате. А Рауль лежал на кровати…
