Черная татуировка полностью

— Это значит абсолютно все, Чарли, — ответил Скордж. — Это место, с которого все началось, и это место, где все закончится. Все сотворило то существо, которое спит здесь. И отсюда начнется уничтожение всего сущего.

Чарли помолчал и задумался. «Нет, — решил он, — я все равно ничего не понимаю».

— А этот Дракон, он кто? Еще один бог? — спросил Чарли.

— Можно его и так назвать, — ответил Скордж. — Но было бы лучше оставить старые сказки вашего мира позади, отказаться от них. Суть такова: Дракон создал все. Потом он уснул.

— «И почил в день седьмый»,[10] — машинально процитировал Чарли.

— Верно, — признал Скордж, — эта часть вашего фольклора на удивление точна. Но на этом сходство заканчивается. Сотворив Вселенную, Дракон уснул и с тех пор не просыпался.

— Не просыпался? — спросил Чарли, всеми силами пытаясь осознать слова Скорджа.

— Нет, — сказал Скордж. — Он спит от начала времен.

Чарли хотел что-то сказать, но тут тысяча голосов заговорили в унисон, и все мысли у него сразу выветрились.

— Только тот, в чьем сердце чиста пустота, — произнесли голоса, — может пробудить Создателя всего сущего.

От звучания голосов Чарли ощущал нечто вроде маленьких взрывов в голове. Голоса напугали его. Но тем не менее Чарли узнал того, кто говорил. Вот только разве это было возможно?

— Чарли Фарнсворт, — сказал Гукумат, — ты таков?

Чарли долго молчал и отчаянно пытался отыскать взглядом физиономию Скорджа, но вокруг не было ничего, кроме мрака.

— Это… а-а-а… — растерянно прошептал он. — Мне надо…

— Скажи «да», Чарли, — велел Скордж.

— Да!

— Пустота чиста в моем сердце.

— Пустота чиста в моем сердце!

— Подойди, — прогремели голоса Гукумата странным, пугающим унисоном.

И вдруг мрак озарился светом.

— Я знаю, почему Скордж был изгнан, — начал Феликс. — Я знаю, почему он был пленен.

Феликс вернулся из ада. У него не было выбора. И теперь он передавал весть от Скорджа.

Эсме стояла в искореженном дверном проеме комнаты с бабочками. Она была одета в черное — черные просторные брюки и черный блузон с капюшоном. Она прижимала к груди голубиный меч.

Комната была битком набита вооруженными людьми. Их последняя попытка напичкать Эсме транквилизаторами закончилась плохо: несколько человек были тяжело ранены. И теперь «Сыновья Бича Скорпиона» решили держаться на безопасном расстоянии. Видно было, что они очень нервничают. Но Феликс смотрел только на нее.

— Продолжай, — тихо приказала Эсме.

— Ладно, — сказал Феликс. — Мы, члены Братства, всегда считали, что, если Скорджу позволить бежать и вернуться в ад, он соберет войско демонов и вернется, чтобы захватить Землю. — Он пожал плечами. — Мы ошибались.

— Говори, Феликс, — попросила Эсме.

— Все наши религии ложны, — сказал Феликс.

Некоторые «Сыновья» стали неловко переминаться с ноги на ногу. Феликс продолжал, не обращая на них внимания:

— Нет никакого милосердного Создателя, который наблюдает за всеми нами. Нет божественной справедливости, нет замысла великого мастера. Есть только это существо, которое создало Вселенную и с тех пор спит. Демоны называют его Драконом. — Он шагнул к Эсме. — Я видел его, — сказал он. — Скордж водил меня в самые глубокие бездны ада — ниже тех мест, где обитают демоны, и показал мне, где он спит. — Он заговорил полушепотом. — Он огромен, Эсме. Ты не можешь себе представить, насколько он велик: мозг человека просто не в состоянии это понять. Весь ад покоится на его спине, но я думаю, он этого даже не замечает. И вот теперь Скордж собирается разбудить его.

— Ну и? — нетерпеливо произнес Номер Второй.

Феликс скрипнул зубами.

— Единственная цель существования Скорджа, — объяснил он, — разбудить Дракона. Всю свою жизнь — дольше, чем мы в силах себе представить, — он пытался совершить это. Однажды это ему чуть было не удалось. Но его отправили в изгнание и пленили здесь, на Земле. И с тех пор он тянул время, ждал своего часа. Но теперь, благодаря этому мальчику, Чарли, у него наконец появился шанс.

— Шанс для чего? — тихо спросил Номер Третий.

Феликсу не хотелось отвечать на этот вопрос. Это было слишком похоже еще на одно предательство. Он сделал глубокий вдох.

— Скордж ненавидит все живое, — сказал он. — Даже, судя по всему, себя самого. Скордж использует Чарли для того, чтобы разбудить Дракона, и если у Скорджа все получится, если Дракон проснется, Вселенной придет конец. — Он немного помедлил. — Все сущее будет уничтожено. Все перестанет существовать. Останется только пустота. Ничто. «Чистота», как это называет Скордж. Навсегда.

Ну вот. Он сказал это. И тот, кто жил внутри его, пробудился и принялся за дело. Феликс это чувствовал. Пути назад для него уже не было.