— В медицинском центре. Я вызвала медиков. Ты в состоянии говорить? Можешь рассказать, что с тобой стряслось?
— Придется минутку подождать. — И над Кенди склонился человек в белом халате и с такими же белыми волосами. Как указывал пришпиленный к халату бэйджик, его имя было Бенджамин Ярмул, и подросток немедленно вспомнил о Бене.
— Следи за моим пальцем, — сказал доктор.
Кенди проследил за пальцем доктора Ярмула, потом по его просьбе шевелил забинтованными руками и в конце концов заставил доктора поверить, что действительно не испытывает особой боли. В комнате находился еще один человек, женщина с раскосыми глазами примерно одного роста с матушкой Арой. Ее аккуратно заплетенная черная коса была переброшена через плечо. Пока доктор осматривал Кенди, она не произнесла ни слова.
— Ранения неглубокие, — сказал доктор. — Все они имеют психосоматическую природу, но от этого не становятся менее болезненными. Мы обработали раны, и рубцов не останется, однако тебе не следует снимать повязки по крайней мере до завтрашнего утра. Договорились? На ночь ты должен будешь остаться в центре, чтобы находиться под наблюдением медиков.
Кенди и матушка Ара поблагодарили доктора, и тот ушел. После чего женщина с черной косой подошла поближе и села рядом с Кенди.
— Это инспектор Лиа Тэн, — сказала его наставница. — Из службы охраны монастыря.
— Ты можешь рассказать нам, что с тобой стряслось? — спросила инспектор Тэн. Голос у нее был резкий, скрипучий, совсем не женский.
— На меня напали, когда я был в Мечте. — Подросток опять попытался сесть. На этот раз изголовье кровати приподнялось, и он смог опереться на него плечами.
— Ты видел того, кто на тебя напал? — продолжала Тэн.
— Мужчина, одетый во все черное, — ответил Кенди. — Но на нем была шляпа, почти полностью затенявшая лицо.
— Но ты уверен, что это был мужчина?
— Да.
— Ты можешь рассказать все с самого начала? — обратилась к нему матушка Ара. — Или все-таки хочешь отдохнуть?
— Расскажу. — Устроившись поудобнее на больничной койке, подросток поведал во всех подробностях о том, что с ним произошло. У Тэн, как ему показалось, было с собой какое-то записывающее устройство. Кенди думал, что чувствует себя неплохо, но к концу рассказа с него ручьем тек пот, а сердце стучало так бешено, как будто он пережил все случившееся вновь. Повязки показались ему похожими на те жуткие подушки, что пытались его задушить, и подростку внезапно захотелось сорвать с себя все бинты. Он вновь увидел перед собой человека в черном, целящегося в него из ружья, а больничная палата представилась вдруг маленькой клетушкой, западней, откуда невозможно убежать. Сделав несколько глубоких вздохов, Кенди заставил себя продолжать, хотя по спине катились ручейки холодного пота.
— И тогда я связался с вами, матушка, — закончил он.
— Кенди, ты говоришь, что видел, как убийца написал какое-то число на лбу своей жертвы. Что это было за число? — спросила инспектор, наклонившись над его кроватью.
— Четырнадцать.
Тэн и матушка Ара переглянулись.
— Ты абсолютно уверен, что четырнадцать, а не тринадцать? — спросила наставница.
— Ну да, — ответил Кенди. — А почему вы об этом спрашиваете?
— Просто нам надо знать точно, — объяснила инспектор.
— Сколько времени я был без сознания?
— Около четырех часов, — сообщила матушка Ара. — Ты меня до смерти напугал. В коридоре ждет Бен. Он тоже страшно взволнован и настоял на том, чтобы я позволила ему навестить тебя.
— Бен? — Сердце у Кенди вспорхнуло, как птичка. — Бен хочет меня увидеть? Он может сюда войти?
— Подожди немного. Мне надо задать тебе еще несколько вопросов, — сказала инспектор Тэн. — Если, конечно, ты не слишком утомился.
Подросток откинулся на подушки.
— Я готов, — заверил ее он.
Инспектор возвращалась к отдельным эпизодам его рассказа, просила Кенди дать более подробные описания случившегося или просто повторить еще раз то, о чем он уже говорил. По мере их разговора в памяти подростка всплывали все новые и новые подробности, о которых он и сообщал матушке Аре и инспектору Тэн.
— Мы все еще не знаем, кто стал жертвой этого убийства, — заметила Тэн. — Но если на ней был золотой медальон, значит, эта женщина принадлежала к ордену. Ара, ты можешь определить по описанию, о ком идет речь?
Матушка Ара покачала головой.
— В ордене тысячи членов.
— Тогда, я полагаю, нам придется работать по старинке, в духе классического детектива, — угрюмо заметила инспектор.
— У вас есть еще вопросы? — обратился к ним подросток. Теперь он чувствовал сильнейшую усталость. Веки отяжелели, он с трудом удерживал глаза открытыми.
— Пока нет, — покачала головой Тэн. — Но, возможно, нам потребуется еще раз выслушать твой рассказ чуть позже, когда ты будешь лучше себя чувствовать.
— Теперь тебе надо поспать, Кенди, — сказала наставница, погладив его по плечу.
— Подождите, — сказал подросток. — Я хотел бы увидеть Бена.
— Я приведу его завтра утром, — пообещала матушка Ара.
— Нет. — Кенди приподнялся на кровати. — Я хочу, чтобы он пришел сейчас.
