Около входа в здание бюро обмена к Глебу подошел молодой человек и спросил, не нужна ли ему помощь.
"Маклер", - подумал Ярцев и ответил отрицательно. Но парень все-таки сунул ему клочок бумажки со своим телефоном.
Глеб поспешил в бюро. Однако, увидев ошеломляющее количество народу, он приуныл. Но отступать было некуда - встал в очередь. Для успеха дела в ход пошел флакон духов - испытанный способ. И вот наконец в руках три адреса тех самых "дураков", которые по неизвестным пока Ярцеву причинам захотели переселиться из Москвы в Средневолжск.
Четвертый адрес он получил, так сказать, в знак особой любезности (сыграл флакончик, сыграл, родимый, свою роль!). Предложение не касалось именно Средневолжска, податель его желал переселиться, как явствовало из заявления, чуть ли не к черту на рога, и побыстрее. Глеб в первую минуту подумал даже, не чокнутый ли? Или шутник?
Однако в таком серьезном деле шутить вроде не принято. Фамилия Киселев - показалась Глебу знакомой. Но мало ли людей с подобной фамилией?
Сначала он решил наведаться в Столешников переулок. Уже само название будоражило воображение - центр, главный пятачок, можно сказать, столицы!
Человек всегда надеется на лучшее, хотя и учит себя ожидать худшего. Глеб, сидя в такси, с нетерпением ждал встречи с неким Ческисом, обладателем двухкомнатной квартиры в двух шагах от Большого театра, ГУМа, ЦУМа. А по лестнице на третий этаж старинного дома он буквально взбежал, уже представляя себе, что именно этот вариант послан ему провидением и сработает непременно.
Но уже у двери с нужным номером Ярцева озадачило несоответствие сведений, полученных из бюро, и реальности: на косяке красовалось восемь или девять кнопок звонков.
Значит, не отдельная квартира, а коммуналка...
Он нажал кнопку возле фамилии Ческис. Где-то далеко-далеко послышался слабый отзвук. Подождав безрезультатно минуты две, Глеб снова утопил кнопку.
То, что квартира жила, было ясно из доносящегося изнутри шума голосов. Но откликнулись лишь на четвертый звонок. На пороге появилась дама с сигаретой в зубах; обилие косметики на лице не скрашивало, но еще более подчеркивало ее возраст.
- Если не открывают, значит, человека нет, - смерила дама взглядом Ярцева.
- Простите... Видите ли, я насчет обмена... Ну, квартиры... - путался в словах Глеб. - К товарищу Ческису... Не скажете, когда его можно застать?
- Дома - не знаю, а вот в больнице, видимо, еще можно, - усмехнулась дама.
- И давно он?
- Месяца три.
- В какой?
- Понятия не имею, - последнее, что услышал от дамы Ярцев.
Дверь захлопнулась со звуком пистолетного выстрела.
С трудом отыскав такси (летом, в центре Москвы!), Глеб отправился по второму адресу. Он не жалел, что не увиделся с Ческисом: жить с такой соседкой не пожелаешь и врагу, а уж себе... Ярцев утешался мыслью, что Ленинский проспект даже лучше. Много зелени, простор и дома куда пригляднее.
Однако и здесь его ждало разочарование: хозяин квартиры находился на даче и, кажется, переезжать в другой город раздумал. По словам родственницы, находившейся в квартире, причиной этой перемены явилось якобы его примирение с начальством.
Выйдя на шумный проспект, Глеб долго размышлял, по какому из двух оставшихся адресов отправиться. И выругал себя: вот недотепа! Телефоны... Ведь надо было сперва дозвониться, справиться, а потом уже мчаться через весь город. Правда, по одному из вариантов телефон отсутствовал. Здесь уж ничего не поделаешь, придется, видимо, ехать наобум. Зато чудак, желающий срочно переселиться в любой город страны, телефон имел. Туда Ярцев и позвонил. Ответил мужчина. Узнав, что это по поводу обмена, коротко сказал:
- Жду вас.
И объяснил, как проехать. Конец оказался не близким - Свиблово, за ВДНХ. Пришлось опять брать таксомотор.
Когда Глеб подъехал к новому светлому дому из голубых панелей, настроение у него поднялось. Район был симпатичный, тихий. Рядом небольшая рощица из высоких сосен. И что тоже весьма важно - метро буквально в пяти минутах ходьбы.
Открыл пожилой мужчина с бородкой и в очках. На нем были пижамные брюки и майка с короткими рукавами.
И тут только Глеб понял, откуда ему показалась знакомой фамилия Киселев - перед ним стоял президент того самого клуба "Аукцион".
- Здравствуйте, Сергей Яковлевич! - вспомнил Глеб его имя и отчество.
- Здравствуйте, здравствуйте, молодой человек, - приветливо ответил профессор, вглядываясь в Ярцева. - Простите, что-то запамятовал...
- Мы, собственно, незнакомы, но я был вчера в клубе...
- А-а! - обрадованно проговорил Киселев. - Проходите, проходите, пожалуйста!
Они вошли в комнату, всю заставленную стеллажами с книгами.
Гостю Киселев предложил кресло, а сам устроился на крохотном диванчике.
- Да-а, - протянул ученый, - вчера было очень плодотворное заседание... Вам понравилось?
- Очень, - ответил Глеб и, чтобы расположить к себе хозяина, сказал: Честное слово, прямо не ожидал. Я ведь впервые... Здорово вы все организовали.
