Она вдруг вспомнила, что делала почти каждый день, когда была рядом с ним, изображая жену - притворялась. Если притвориться, что ты уверена в себе и счастлива, то люди поверят. Кира выставила грудь вперёд и пошла, виляя бёдрами. Её единенное украшение - бриллиантовая подвязка сверкала на бедре, когда она шла по залу, направляясь прямо к нему и его невесте.
Север был всё таким же, холодным и сдержанным, он никак не отреагировал на её поцелуй в щёку и молча проводил её в свой кабинет, где она начала нести какую-то чушь и по-дурацки шутить, нервничая в темноте, от которой отвыкла. С тех пор, как рядом с ней перестал спать Север, она ни одной ночи не провела без ночника и его света.
Он вёл себя странно, смотрел на неё и молчал, потом и вовсе начал трогать её пальцами, нежно касаясь кожи, но он ни разу не заглянул в её декольте, будто её грудь, которая ему всегда очень нравилась, его вообще не интересовала. Когда на её очередную шутку из прошлого он неожиданно её поцеловал, у Кира сорвало крышу и тормоза. Если между ними до сих пор есть пламя - пусть пылает до конца.
Север явно боролся с самим собой и своей животной натурой, за дверьми осталась его невеста, а здесь голая бывшая жена. Кире казалось, что она его будто подталкивает к измене, и он поддался. Гореть ей за это в аду. Но это потом, а сейчас она вся горела от его взгляда, которая он скользил по её телу. Она всё ещё была для него красивой и желанной, чёрт побери. Как же она по нему скучала...
Кира убежала от него, сверкая пятками и голой задницей под платьем.
- Дура, дура, дура! - рвала она на себе волосы, пока скакала по своей квартире, снимая шлюший наряд.
Она разревелась в ванной, продолжая ругать себя за слабость, а его за то, что он всё ещё тот же самый Север Морозов, ничего не изменилось. Что ж, пусть думает, что она тоже осталась прежней Демоницей, наглая притворщица, которая будет делать всё по-своему, и плевать ей, что он по этому поводу думает.
Утром она сказала тёте Тане, что ей надо собираться домой, она рвалась туда уже несколько дней, сын попал в аварию, но скорая операция Киры её останавливала, она ведь обещала быть с ней.
- Всё нормально, тёть Тань, я справлюсь, у меня есть друзья, найду няню. За меня не переживайте. - успокаивала она её, провожая на поезд.
Та расплакалась, обняла Киру с дочкой и перекрестила их на прощание.
- Пока баба Таня! Пока! Люблю тебя! - махала ручкой девочка, уходящему поезду.
Кира собрала вещи, свои и ребёнка, собрала себя в кучу, а нервы в дрожащий кулак и приехала к Северу. Он отреагировал на то, что она приехала не одна по-морозовски - никак...
*****
Уже десять минут они сидели втроём в его гостиной и молчали. Её девочка крепко спала, открыв рот и роняя слюнку на подушку дивана. Кира сидела рядом с ней, а Север смотрел на девочку, сидя в дальнем кресле, и молчал, словно воды в рот набрал.
В гостиной ничего не изменилось с её ухода, если бы она пересчитала рыбок в аквариуме, то их, наверное, было бы столько же. Север Демидович во всём любит точность.
- Сколько ей? - разбилась хриплым шёпотом тишина между ними.
- Ты же не это на самом деле спросить хочешь. - усмехнулась она, качая головой. - Она от тебя, Север, можешь смело резать ей волосы и отправлять в лабораторию.
- Ты ушла беременной и четыре года скрывала от меня ребёнка? - зачем-то уточнил он общеизвестный обоим факт.
- Презервативом надо было пользоваться, Северок. Давай не надо тут нотации мне читать. Я для себя её родила, тебе знать было не обязательно. - ехидно улыбнулась она.
- И всё-таки, ты пришла, вся такая самостоятельная. - холодно заметил он.
Ей хотелось вцепиться ему в рожу и исцарапать её так, чтобы женился он на своей Маше с шрамами на всю оставшуюся жизнь, но она молча проглотила его безразличие. У неё не было выбора.
- Где ты была всё это время?
- Жила с бабушкой.
- С бабушкой? - нахмурился Север.
- Да, у меня, оказывается, бабушка есть... была... Она умерла в январе. - опустила голову Кира, сглатывая ком в горле. - Я бы не пришла, если бы не обстоятельства. У моей дочери никого нет кроме меня, а на следующей неделе мне должны сделать операцию. Мне не на кого её оставить, пока я буду в больнице. И если всё пройдёт неудачно, мне тоже не на кого её оставить, так что...
- Что за операция? - вскочил на ноги Север и сжал кулаки.
Кира немного испугалась, кажется, он очень ею недоволен, конечно, портит тут его счастье своим ребенком и возможной смертью.
- У меня, оказывается, блуждающая селезёнка всю жизнь была, она давит мне на поджелудочную и может до сердца доблудить, так что...
- В какой клинике ты будешь делать операцию?
- В хорошей! - рявкнула Кира.
Он начал её раздражать своими вопросами. Не о том он спрашивал. Она резко вскочила с дивана, вставая напротив него. Они схлестнулись взглядами и оба тяжело дышали, сжимая ладони в кулаки.
