Черная вдова (ЛП) полностью

— Бесспорно. Бекка была моей лучшей подругой, и я больше всего на свете хочу найти ее убийцу. И единственное, что я знаю на сто процентов — Престон Бэбкок невиновен. Кто-то хочет подставить его, и я клянусь Вам, я найду этого человека.

Николас поднимается и встает передо мной. Пристально смотрит в глаза:

— Как вы можете утверждать такое? Это Бэбкок.

— Клянусь, это не он. У Престона железное алиби.

— И что же это за железное алиби, что вы клянетесь за него? Отпечатки его пальцев были найдены с каплями крови Бекки на ее двери, и даже анализы спермы положительные. Он. Убил. Мою. Сестру.

Я кладу ладони на грудь Николаса, чтобы успокоить его.

— Я видела улики. Знаю, как дико это звучит, но клянусь, он не убивал.

— Тогда что это за алиби?

— Это адвокатская тайна. Не могу Вам сказать.

— Чушь собачья! — Он отходит к окну и смотрит на улицу, как будто хочет добавить еще что-то.

Николас смотрит в пол и трет глаза, а потом тихо спрашивает:

— Что вы знали о… хм, увлечениях моей сестры?

Вот черт, мне не нравится, куда он клонит. Включаю дуру.

— Что вы имеете в виду под «увлечениями»?

— Я не хочу верить, что это правда. Она воспитывалась в лучших условиях. Она знает, что секс происходит только между мужем и женой.

Мой пульс учащается. Откуда он узнал?

Николас замолкает, а потом смотрит на меня самым печальным взглядом.

— Я слышал такую версию. Я отбросил эту идею, и другим офицерам сказал, что это ложь. Хотел сначала сам убедиться. Не могу поверить.

— О чем вы? Введите меня в курс дела. Я не понимаю, что вы хотите сказать.

— Она была членом того секс-клуба.

Вот черт!

— Ого, хм… что вы имеете в виду, говоря «того»? — пытаюсь изобразить полнейший шок и надеюсь, он мне поверит.

— Я тоже не хотел этому верить. Но Бэбкок сам мне это сказал. А мне нужно было доказать ему обратное. Я остановил его сегодня утром на пробежке. — Николас смотрит в окно и потом продолжает: — И он не только подтвердил про клуб, но еще добавил, что Бекка помогала ему начать дело.

На кой черт Престону захотелось ему все рассказать? Он в своем уме? Я молчу и думаю, как бы Николаса сбить с пути, чтобы самой найти путь отступления.

Брат Бекки поворачивается и просит:

— Пожалуйста, скажите, что вы не знали о клубе и не были его членом.

«Отрицай. Отрицай даже под страхом смерти», — единственная мысль, которая проносится в моей голове.

— Нет, я не имела никакого понятия, что она была… эм… членом… эм… секс-клуба. — И тут мне пришла идея: — Это может помочь нашему расследованию. Как вы выяснили про этот клуб? Где он находится? Можно мне список членов клуба? Может, убийца среди них?

Он слегка качает головой:

— Я не знаю, кто члены клуба, но знаю, что он существует. Он находится за его павильоном. Этот сумасшедший ублюдок думал, что все останется в секрете.

— Ладно. А как вы выяснили это?

— Я знал, что моя сестра была чем-то увлечена. Один офицер увидел фотографию Бекки на моем столе и рассказал, что развлекался с ней в одном клубе, не забыв про горячие и жесткие подробности их совместного времяпровождения. До тех пор, пока не узнал, что это моя сестра. Я бы избил его в тот день. Как он мог говорить такие вещи про мою сестренку?

Я подхожу ближе, стараясь успокоить Николаса, и чтобы он продолжил свой рассказ.

— Он сказал, что это было несколько месяцев назад, а потом он увидел ее в другом клубе, который он посещает. И однажды ночью я выследил ее.

От страха мою грудь сдавливает, и я стараюсь глубже дышать, чтобы Николас не почувствовал моей паники.

— Я видел, как она шла по темной аллее, а потом увидел других людей. И все они прождали несколько часов. Потом ушли. Со стороны не заметишь это место. Многие люди и не знают о нем. На следующий день я пришел туда, чтобы осмотреть все в дневное время. Обычная дверь склада. Меня стошнило. Не могу представить, что происходило за этой дверью. И даже не хочу знать.

Пытаюсь его опять успокоить, поглаживая по груди. И в то же время хочу выведать всю информацию.

— Когда вы видели ее, она была одна?

— Да, сначала одна.

Боже, спасибо! Для нас непривычно было приходить порознь, но иногда я приходила в клуб прямо с работы. Но потом до меня доходит:

— Сначала?

— Да, она пришла в субботу. Опять одна. Я приходил туда каждую ночь, но никого не было до среды. Она шла в клуб в обнимку с Престоном. Они зашли внутрь, и я стал ждать. Но никто больше не приходил. Только эти двое. Их не было больше двух часов, а потом они разошлись в разные стороны.

Нифига себе! Что за черт! Почему они оказались вдвоем в день закрытия? Престон сказал, что не спал больше ни с кем. Только со мной. Или он врет? Что еще он скрывает?

Николас поворачивается ко мне, в его глазах слезы.

— Я хотел поговорить с ней. Хотел только выяснить. А теперь я не смогу.