В районе Рашн Хилл находится отличный пирс. Именно туда я и бегу, тем более он в нескольких кварталах от моего дома. Тут всегда толпа народа, но мне нравится этот долгий и ровный путь по пирсу, от Пирс-39 до АТ&Т-парка. Как раз получается шестикилометровая пробежка.
Я почти добегаю до места, когда кто-то толкает меня в спину, но я смог устоять.
И когда я полностью обретаю равновесие, кричу:
— Что за черт? За что?
— Ты знаешь, за что! — гаркает в ответ мужчина.
По моему лицу стекает пот, я вытираю его рукавом. Спустя мгновение я понял, что это мужчина из лифта в гараже. Он приходил туда несколько дней назад.
— Послушай! — Я подхожу вплотную к нему и говорю в лицо: — Я не знаю, кто ты такой, отъебись от меня!
Он повторяет мои движения и врезается своей грудью в мою:
— Не отъебусь, пока ты не сдохнешь в аду!
Мои глаза лезут на лоб.
Сквозь зубы я бросаю:
— Я не убивал ее.
— Знаю, что ты убил ее. Я видел все доказательства. И я знаю секретик про твой клуб.
Мои глаза вновь расширяются как у лемура, а потом меня охватывает ярость.
— Про какой клуб?
— Не прикидывайся. Я все знаю про «Бридж». И ты теперь попал. Обещаю. Все знают, что в такой клуб ходить противно и мерзко, а владеть им — прямая дорога в ад. И я счастлив сообщить тебе, что ты и на этом свете попадешь туда, а потом и после смерти тебя ждет та же участь. Навечно! — последнюю фразу он буквально выплевывает.
Я расхохотался. Никогда не был верующим, но этот мужчина точно фанатик. Только из-за того, что я занимаюсь сексом, с кем хочу и когда хочу, и в безопасном месте, я должен отправиться в ад. Я ужасный человек.
Бесполезно с ним и дальше спорить, поэтому пытаюсь применить другую тактику:
— Ага, ладно. Если ты и правда веришь в свою теорию, тогда Бекка уже в аду, ждет меня. Потому что она была не только членом клуба, но и помогла с его открытием и любила его так же, как и я.
— Нет. Она не была такой! Ты просто хорошо ей промыл мозги. И это ты во всем виноват! Она была хорошей, милой христианкой, пока не встретила тебя.
Вот теперь я способен на убийство. Не имею никакого понятия, кто этот чувак, но он повстречал меня в не очень удачный день.
— Да, она была удивительной девушкой. Она была мне глубоко небезразлична. И поверь, она любила мой клуб. Особенно те моменты, когда мы трахались с ней и еще одним партнером одновременно. Она обожала два члена глубоко в себе…
Не успеваю закончить фразу, как кулак этого ненормального приземляется точно на мою нижнюю челюсть.
Поначалу ничего кроме гнева я не ощущаю. Но успеваю заметить, как парень занес для удара уже другую руку. Блокирую его одной рукой, а кулаком другой ударяю в живот.
Чувак и не думает бороться. Я вытряс из него всю силу. Несколько секунд мы тяжело дышим, а потом он делает ложный выпад и хватает меня за руку, будто хочет сломать ее. Он наклоняется и шепчет:
— Как я и говорил раньше, если бы я был тем, кто я есть, я бы убил тебя прямо сейчас. Так что благодари судьбу за такую удачу, а я с этим покончил. Из твоего маленького секрета я раздую скандал. Прессе понравятся все секреты «Бриджа».
Сжимаю зубы, не могу пошевелиться в тисках этого чувака.
— Ну и отлично. Вперед. И чтобы ты знал: тогда всем точно станет известно, что Бекка была членом клуба. И тогда именно ты замараешь ее имя в этом скандале, не я. Верь, чему хочешь, но услышь меня: Бекка любила мой клуб.
Он плюет мне в лицо, освобождает из стального захвата и уходит.
— Я провела ту проверку данных, которую ты просила, — говорит Энжи, как только я вхожу в офис. Храни Господь эту женщину. Она моя правая рука, и у нее не случается провалов.
— Отлично. Дай взглянуть.
— Ты была права. Все это было ложью. Начиная с адреса; аватар в его аккаунте тоже фейк.
— Оно и понятно. Я не удивлена. Есть какие-нибудь зацепки, кто бы это на самом деле мог быть?
— К сожалению, нет. Они хорошо подчистили хвосты. Никаких зацепок не оставили. Я, конечно, съездила по указанному адресу, но когда спросила, живет ли там Трэвис Пикок, они, естественно, ответили: нет. Мне открыла очень милая старушка, и я немного разговорила ее. И узнала, что по данному адресу последние пятьдесят лет жила она и ее муж. Детей нет.
— Энжи, я очень ценю твое стремление мне помочь, но, пожалуйста, больше одна не ходи. Никогда не знаешь, кто может оказаться по другую сторону двери.
— Не беспокойся. Со мной был Энтони, — подмигивает мне Энжи с намеком. — Нам действительно было полезно, эм-м, выбраться.
Мне стало смешно. Энжи никогда не отличалась скромностью, когда рассказывала про Энтони, помощника юриста с пятого этажа. Вот интересно, смогла бы она раскрыться в «Бридже»? А затем я чувствую боль. Клуб никогда не станет для меня прежним. Я даже не могу представить, что снова пойду туда. Эта мысль ранит.
К счастью, Энжи продолжает болтать и тем самым вытаскивает меня из трясины страха. Телефоны звонят и звонят. В телефонной компании я узнала, что это номера, прикрепленные к оплаченным тарифам, и у них нет имен.
— С этим понятно. А социальные сети, которые нашел Престон?
