– Он погиб на восточном фронте, за несколько дней до того, как гарднерийцев изгнали из Верпасии, – отвечает Айвен. – Мой отец был… он занимал важный пост в Сопротивлении. Мать хотела скрыть, что я его сын. Поэтому мы уехали подальше от крупных городов, и я учился дома.
– Наверное, ты очень похож на своего отца.
Айвен улыбается, будто я неожиданно удачно пошутила.
– Да, как две капли воды.
– У нас с тобой много общего…
– У нас не может быть ничего общего, – упрямо качает головой Айвен.
– Смотри сам: когда мне было пять лет, дядя увёз нас с братьями из Валгарда в Галфикс – городок на северной границе, рядом с пустошами, в горной долине. Я тоже училась дома, как ты. Теперь я понимаю, что дядя старался защитить меня. Он видел, как я похожа на бабушку, и не хотел, чтобы на меня обращали внимание. Твоя мать сделала для тебя то же самое. Увезла в безопасное место.
Айвен обдумывает мои слова, и, судя по изменившемуся выражению его лица, он со мной согласен.
– Значит, ты хочешь стать врачом, – прерываю я затянувшуюся тишину.
– Да, – кивает Айвен. – Как отец. А ты? Хочешь стать аптекарем?
– Да, как мама, – отвечаю я. – Мне всегда нравилось выращивать целебные травы, варить микстуры. Но учиться в университете я и не мечтала. Конечно, я очень хотела… Но раньше я думала, что стану делать скрипки, как дядя… – Говорить о дяде без слёз не получается. – Он… он тяжело болен. – Я печально прячу глаза.
– Так ты… умеешь делать скрипки? – ласковым низким голосом произносит Айвен.
Я киваю.
– Прямо из… дерева?
Странный вопрос! Не в силах сдержать улыбку, я вытираю слёзы.
– Конечно… Только нужны инструменты.
– Это… замечательно, – задумчиво говорит Айвен.
– Да, наверное, – смущённо пожимаю я плечами.
– А гильдии…
– Женщинам запрещено изучать ремесло, я знаю. Дядя учил меня тайно.
Айвен с непроходящим удивлением смотрит на меня.
– И ты умеешь играть на скрипке?
– Да, – отвечаю я. – Я научилась, когда была совсем маленькой. А ты? Ты умеешь играть на музыкальных инструментах?
– Нет, – качает головой Айвен. – Однажды я слышал, как играла фея-скрипачка. Прошло много лет, но я до сих пор помню. Это было… поразительно.
В его изумрудных глазах сияет желание, и тон, которым он произносит последнее слово, вдруг застаёт меня врасплох. Я краснею и отвожу глаза.
По полу амбара разбросаны листки пергамента. Подняв один, я понимаю, что держу в руках страницу из «Книги древних». И рядом лежат страницы из той же книги. Из нашей священной книги.
– Странно… – бормочу я, собирая листки один за другим. – Кто-то разорвал нашу священную книгу. – Айвен смотрит на меня молча, холодно… с вызовом. – Это сделал ты? – медленно произношу я.
Он не двигается и не кивает, но по его взгляду догадаться не сложно.
– Ох, Айвен! Будь осторожен, – выдыхаю я. – В Гарднерии это считают страшным преступлением. – Сжимая стопку страниц в ладонях, я протягиваю их Айвену: – Фогель хочет ввести смертную казнь за оскорбление «Книги древних». Неужели ты не слышал?
– Что ж, хорошо, что мы не в Гарднерии, – упрямо хмурится кельт.
– Ты затеял опасную игру, Айвен!
– Неужели? – огрызается он. – А в какую игру нам лучше сыграть? Предложи что-нибудь совершенно безопасное, Эллорен! Может, тем, кто так похож на Карниссу Гарднер, жить легче?
– Ты несправедлив, Айвен!
– А есть ли в жизни справедливость?!
– Ой, прости. Конечно же ты прав, – ехидно соглашаюсь я. – В последнее время мне так легко живётся! Я так счастлива, что похожа на бабушку! Все меня любят и защищают!
Айвен недоверчиво смотрит на меня и неловко отворачивается.
– Нам пора возвращаться, – говорит он. – На кухне заметят, что нас нет. Подумают… что-нибудь.
– Ну что ты! С чего бы нам уйти куда-то вместе? – язвительно спрашиваю я.
Айвен мимолётно улыбается, однако смотрит на меня по-прежнему печально и серьёзно.
– Я хочу помочь тебе. Надо спасти дракониху. Нельзя оставлять её в той клетке, – говорю я, коснувшись руки Айвена. – Мы многого не можем изменить. Но… какую-то малость – можем. – Я не могу не думать об опасности, которая угрожает Тьерни и икаритам. И Тристану. И Айвену. Моя решимость растёт с каждой минутой. – Крылатый дракон может спасти многих…
Айвен, глубоко вздохнув, смотрит на мою ладонь. Его рука такая сильная… и тёплая. Касаться его так приятно. Даже слишком. Воздух между нами словно сгущается и искрит. Заливаясь краской, я убираю руку.
– Хорошо, Эллорен Гарднер, – сдаётся Айвен. – Давай посмотрим, что из этого выйдет.
– Ты хочешь выкрасть дракона с территории гарднерийского военного лагеря?
Я сижу за письменным столом Рейфа, заваленным книгами, под пристальными взглядами Тристана, Рейфа и Айвена.
На лице старшего брата светится широкая улыбка. Тристан, как всегда, спокоен, прочесть его мысли невозможно. Айвен, кажется, никак не может поверить, что связался с нашей семейкой.
– Ты не шутишь? – уточняет Рейф.
– Нет, не шучу.
Рейф мотает головой, стараясь не расхохотаться в голос.
– Знаешь, Рен, – наконец выговаривает он. – С тех пор как ты заявилась в университет, жить стало веселее!
