Существо медленно поднимается и расправляет чёрные истрёпанные крылья. А вот и ещё один. На комоде, у стены. Тоже крылатый. Пригнулся, как перед броском.
О Древнейший! Сразу двое!
– Здравствуй, Эллорен Гарднер, – хрипит икарит под окном. – Добро пожаловать в ад!
Икарит делает шаг вперёд, и я прихожу в себя, будто от удара молнии.
Я выскакиваю из комнаты, несусь по коридору, задеваю коленом за край каменной скамьи и лечу по лестнице, перепрыгивая через три ступеньки.
Очутившись внизу, меня прошибает холодный пот, ибо я понимаю: прятаться негде, меня всё равно найдут.
Если икариты пробрались в башню, их дружки, возможно, поджидают меня снаружи. Я бросаюсь в открытый чулан, захлопываю дверь и заваливаю её изнутри всем, что подворачивается под руку. В ход идут и мои дорожные сундуки, и старый стеллаж… Я подпираю для верности импровизированную баррикаду ногами и падаю на пол. Меня трясёт от ужаса. Я одна в кромешной тьме, на холодном каменном полу… Только сквозь щель у притолоки в чулан проникает слабый лучик света да ещё мерцает моя кожа.
Тишина.
Гробовая тишина.
Только со свистом вырывается моё тяжёлое дыхание и слышно, как бьётся сердце. Я знаю: они там. И они ждут меня.
– Я не Чёрная Ведьма! – кричу я так отчаянно, что с губ слетают капельки слюны.
Никакого ответа. Звенящая тишина. А потом слышится голос. Совсем близко.
– Ты ведьма! Ты! – издевательски шипит он прямо из-за двери.
О Древнейший! Они уже за дверью!
Чтобы сдержать дрожь, я вспоминаю молитву из «Книги древних» и произношу её срывающимся шёпотом:
Я молю сохранить мне жизнь, слыша, как демон скребёт по двери когтями.
Медленно. Очень медленно.
И снова тишина.
Что-то с силой бьётся о дверь снаружи, сундуки вздрагивают, я придерживаю их ногами, вскрикивая от неожиданности, и, уже не сдерживаясь, всхлипываю.
– Я убью тебя, – рычит голос. – Ты умрёшь мучительной смертью.
Снова скрежет, на этот раз за дверью орудуют чем-то острым, скорее всего, ножом.
– Ты не выдержишь, гарднерийка, ты уснёшь, – хихикает чудовище. – И тогда я тебя зарежу…
Тот, снаружи, долбит чем-то в дверь, сундуки ритмично подрагивают. Он снимет дверь с петель, торопиться ему некуда. Снимет – и убьёт меня. Не спеша.
Перед глазами, будто в безумном калейдоскопе, мелькают картинки: Рейф, Тристан и Гарет находят моё бездыханное, истерзанное тело на полу в чулане; узнав о моей гибели, дядя умирает от разрыва сердца; Фэллон Бэйн счастливо смеётся; палочку, которую дала мне Сейдж, находят…
Стоп! У меня есть волшебная палочка!
Нащупав в темноте крышку дорожного сундука, я распахиваю её и шарю дрожащими пальцами за подкладкой. Сейдж говорила, что это очень сильная волшебная палочка. Быть может, она сработает даже в моих лишённых магии руках.
Обхватив рукоятку ладонью, как показала мне утром коммандер Вин, я направляю тонкий кончик палочки на дверь, откуда доносится скрежет. Вспомнить бы хоть одно заклинание! В памяти всплывают только волшебные слова из детских сказок и считалочек. Я произношу их одно за другим, не вытирая струящиеся из глаз слёзы.
Бесполезно.
Палочка падает на пол, и меня накрывает леденящий ужас. Скрежет не прекращается ни на мгновение. В конце концов меня затягивает в чёрную пропасть… Я проваливаюсь… падаю… кругом черно.
