- Всегда прислушивается к мнению господина Отиля – расплылся в улыбке Франсиск – Он один из мудрейших людей Силистрии.
Насколько я понял из дальнейшего разговора, Франсиск был одним из ближних слуг его величества. Нечто среднее между порученцем и мальчиком на побегушках. А еще этот шустрый малый некоторое время назад крутил любовь с одной из сестер Гарольда, а потому симпатизировал его семье.
- Я сам слышал, как король говорил: «Монброны столпы моего королевства. И не эти, а те». Ну, в смысле старшая ветвь – время от времени оглядываясь, трещал шустрый юноша – Так что правильно ты сделал, что пришел.
- А разве есть другие варианты? – изумился Гарольд и остановился – Все, пришли. Франциск, доложи.
Один из коридоров, я уже сбился со счета, который именно, привел нас к огромным, размером с подвесной мост, и изумительной красоты дверным створкам. Около них мялось человек двадцать в дорогих камзолах, которые заметив моего друга тут же начали шушукаться.
Стражники же, стоящие около них на страже, даже не пошевелились при нашем появлении.
- Сейчас – понятливо кивнул юноша – Жди.
Он подошел к дверям, толкнул их вперед, и они неожиданно легко распахнулись. Надо же, был уверен, что они тяжеленные.
- Ваше величество, позвольте доложить – гаркнул Франсиск – Гарольд Монброн, из старшей ветви Монбронов Силистрийских нижайше просит принять его.
Про меня он вообще даже не упомянул. Как видно, не дотягиваю я пока до такой чести.
- Проси – донесся до меня басовитый голос.
- Ну, пошли – толкнул меня Монброн – Чего встал?
Король Эдуард оказался вовсе не таким, каким я ожидал его увидеть. Голосина-то у него ого-го какая, вот мне и представился плечистый здоровяк, вроде папаши Аманды. Ну, может, только помоложе, и без бороды. В Силистрии, насколько я понял, и усы, и бороды не в чести.
А вот и нет! На троне, который, к слову, более всего был похож на простое кресло, только позолоченное, сидел невысокий мужчина средних лет, довольно упитанный и, вдобавок, со здоровенной залысиной.
Да у него даже короны на голове не было!
Но это точно был король, потому что Гарольд склонился в изящном поклоне и произнес:
- Ваше величество, позвольте поприветствовать вас!
Я, само собой, тут же попробовал повторить его движения, но, как видно, справился с этой задачей не очень-то. По крайней мере, следом за этой моей попыткой по тронной зале пробежали смешки. Зрителей-то тут хватало, человек двадцать стояло и сидело вдоль стен, и, как видно, я их изрядно повеселил.
Впрочем, кое-кто не смеялся, а именно – два человека в черных, надвинутых на лицо капюшонах.
Орден Истины, этих ни с кем не спутаешь. Экая неприятность.
- Гарольд Монброн – зычно произнес Эдуард – Красавец, бретер, женский любимец. Ай-яй-яй, Гарольд Монброн, ай-яй-яй. Одно дело развлечения, пусть даже иногда и возмущающие общественное мнение, и совсем другое, когда тебя обвиняют в серьезных преступлениях.
Вроде бы и ругал король моего друга, но сказано это было таким тоном, что у меня на сердце стало поспокойнее. Его величество явно не гневалось, тут некие отеческие нотки слышались, вроде: «Ну, ты что же такое натворил, сынок?».
- Ваше величество, это оговор – с достоинством ответил Гарольд – Вы ведь знаете меня с той поры, когда я был еще ребенком, не так ли?
- Так – милостиво кивнул Эдуард.
- И даже тогда я, сотворив шалость или глупость, никогда не прятался за спины других, и не сваливал на них свою вину.
- Это правда – сообщил король придворным – Помню, как-то посетил дом его отца, так вот в тот день этот славный юноша, тогда, правда, бывший еще совсем мальчиком, разбил старинную вазу. И, заметим, тут же сознался в этом. Крепко тогда ему всыпал старый Монброн, причем собственноручно и на моих глазах. Я даже попросил его не быть столь строгим. Правдивость и открытость должны быть вознаграждены.
- Собственно, по этой причине я и мой друг позволили себе прийти во дворец, не имея на то вашего соизволения или приказания – продолжил Гарольд – Ни он, ни я никогда не преступали закона, ни людского, ни божественного, наши помыслы всегда были чисты. Нам нечего бояться, мы невиновны ни в одном преступлении, приписываемом нам, потому без страха вверяем наши жизни вашему величеству. Пусть свершится королевский суд.
- Пусть свершится – не стал спорить с ним король – Хорошо сказано, да, господа?
Окружающие зашумели, соглашаясь с ним.
- Вот только странно – сказал кто-то скрипучим старческим голосом – А что же это вы столько времени ждали? Почему сразу к королю не пришли? Или надо было кое-какие следы спрятать?
- Я был ранен – не полез за словом в карман Монброн – Если желаете, виконт Скорца, то могу вам показать рану в боку, она до сих пор не зажила. Как только я смог встать на ноги, то немедленно направился сюда.
- А что твой спутник все молчит? – спросил вдруг король, уставившись на меня – Он нем?
