— Но вот что мне думается. — Хлопком ладони по донышку я выбил пробку из горлышка бутылки. — Не о том вы беседуете.
— А о чем надо? — совершенно серьезно полюбопытствовал Гарольд. — Как по мне, семейные вопросы сейчас наиболее насущны.
— Не совсем, — покачал головой я. — Вы говорите о том, что будет после, причем так, как будто это «после» уже наступило. Но это не так. У нас есть день сегодняшний, в котором мне лично пока не очень понятно, что делать. И, Гарольд, не надо банальных фраз о том, кто кого убьет. И так ясно, что без крови не обойтись.
— Это важно, — насупилась Луара. — Это, возможно, вообще самое главное. И Тобиас, и Генрих должны умереть, причем так, чтобы ни у кого не возникло ни тени сомнения в окончательности этого факта. И в его законности.
— Знаешь, Монброн, когда ты в один из первых дней в замке прирезал простолюдина, — я пощелкал пальцами, — забыл его имя. Не важно. Так вот. Тогда я решил, что кровожаднее тебя человека еще поискать надо. Теперь я точно знаю, что мои поиски закончены. Вот этот человек.
И я показал на его сестру.
— Да права она, — хмуро ответил Монброн. — У Тобиаса тоже родня есть, если вдруг он умрет в переулке, такой вой поднимется! А с учетом того, что сейчас он, по сути, глава семейства, то дело и вовсе может обернуться совсем скверно.
— Тогда у нас остался только один вариант. — Я налил себе вина. — Нам надо идти в королевский дворец и сдаваться на суд монарха.
— Чего? — выпучил глаза Гарольд. — Ты о чем?
— Скажите, барон, а у вас с мистресс де Фюрьи все серьезно? — уточнила у меня Луара. — Относительно будущих супружеских уз?
— Вполне. — Я показал Луаре перстень двух душ.
— Ну, это колечко ничего не значит. — Лу задумчиво посмотрела на меня. — Просто все очень неплохо может сложиться. Вы молоды, неглупы, не очень родовиты, но это не страшно, нашей знатности хватит на двоих. И главное, что мой брат не будет против такого союза. Мы можем стать очень неплохой парой.
— Не можем, — улыбнулся я. — Вы забыли, что я ученик мага, как и ваш брат.
— Помню, отчего же. — Луара, как мне показалось, даже немного обиделась. — Про такое не забудешь.
— Она не знает, скорее всего, — заметил Гарольд, улыбаясь.
— Чего не знаю? — тут же спросила его сестра.
— Маги бесплодны, — пояснил я. — Мы не можем иметь детей, ни мужчины, ни женщины. Совсем. Нет, работать там все работает, но результата не будет. А в муже, который не в состоянии оставить потомство, то есть наследников, смысла немного. Воспитывать же чужих детей я не слишком хочу.
— Вот беда, — искренне расстроилась Луара. — А так все славно получилось бы.
— Скажи, сестрица, а с чего это именно сейчас у тебя появилось желание стать женой Эраста? — заинтересовался Монброн. — Ни с того ни с сего.
— Потому что он неплохая партия, — расстроенно ответила Луара. — Тут ведь как. Если выходить за не пойми кого, то он непременно должен быть дурак, чтобы вместо мужа врага не заполучить. А если избранник умный, то он должен быть совсем свой, который не предаст. Я таких только троих и знала в этой жизни — Базиль, Антоний и вот этот славный барон. Жалко, что не судьба.
— Зовите меня Эрастом, — попросил я ее. — Что вы все — «барон», «барон».
— Он ведь все верно сказал, — продолжила Луара. — Вам надо идти к королю. Это единственный шанс довести наше дело до конца.
— Стоп-стоп, — потер лоб Гарольд. — Я, кажется, понял.
— Ты поглупел, брат, — заметила Луара. — Хотя вроде бы должно быть наоборот. Ты же там учился, а не пил и гулял. Должен быстрее соображать, чем два года назад.
— Поговори мне еще, — возмутился мой друг. — Много воли взяла!
— Я же не виновата, что ты так долго соображаешь? — справедливо ответила ему Луара. — Все ведь на поверхности лежит. Вы сдаетесь на милость короля, он признает все обвинения ложными, после чего вы имеете полное право кинуть вызов тем, кто вас оболгал. И все заканчивается хорошо.
— Хорошо бы сначала переговорить с Рози, — предложил я. — Мы тут сейчас напридумывали всякого, а оно как возьмет да и повернется другой стороной. К примеру, не признает король навет таковым. И что тогда? Нас опять в железо и в башню? Или еще что-то пойдет не так.
— Можно подумать, что ваша де Фюрьи точно знает, как оно будет на самом деле, — раздраженно бросила сестра Гарольда.
— Так оно и есть. — Монброн еле сдержал улыбку. — Поверь, если она за что-то берется, то учитывает все мелочи. Она — не мы. Так что Рози доподлинно известно, что нас может ждать. И если она скажет, что этот план хорош, то смело можно будет идти во дворец. Эраст, у меня есть просьба.
— Давай, — кивнул я. — Выполню, если смогу.
— Сможешь, — заверил меня он. — Никогда и ни при каких обстоятельствах не сообщай де Фюрьи, что я про нее такое сказал.
Я ухмыльнулся и кивнул.
— Значит, на том и решим. — Луара встала из-за стола. — Вы утром отправляетесь в Белый город, беседуете там с этой своей умницей-разумницей, а после принимаете решение.
— И если оно совпадет с тем, что мы задумали, то сразу идем во дворец. — Гарольд припечатал ладонь к столу. — Быть посему.
