Резонно. И вправду, откуда им знать, кто управляет каретой?
— Не так, — подал голос Рикардо. — Тот, кто стрелял, промахнулся. Это непростительная ошибка.
— Спорный вопрос, — возразил я. — Я лично к стрелку претензий не имею. Луара, это все понятно. Вы мне другое скажите — зачем вы все это затеяли?
— На то есть много причин, — помолчав, ответила мне она. При этом я заметил, что она сжала свои кулачки до белизны. — Но я назову три. Первая — нам надо сохранить нашу фамилию и нашу родовую честь. Второе — я не хочу лишаться того, что мне принадлежит по праву. И третье — я очень хочу смерти своего дяди.
— Последнее, как по мне, не слишком большая проблема. — Я показал на Рикардо. — Этот молодец на подобные вещи мастер, даже сомнений в этом нет.
— Я не хочу, чтобы Тобиас умирал легко, — улыбкой, игравшей на губах Луары, можно было испугать почти любого. Даже мне не по себе стало. — Яд, наемный убийца — это все не (то. Это слишком просто. Нет, его должен убить именно Гарольд. Мало того — я хочу не просто мести, мне нужно правосудие. Высшее правосудие. Ну или хотя бы королевское.
Это чем же тебе так дядя насолил, красавица? Хотя… Догадываюсь, чем именно. И если я прав, то ее можно понять. Впрочем, насчет отравы она зря. Так люди от иных ядов умирают — не дай боги.
— Правосудие, — повторила Луара. Ее личико было невероятно серьезно, она смотрела перед собой и видела что-то, понятное ей одной. — Ну и потом — без этого я не смогу претендовать на власть в семействе.
— Какую власть? — не понял я.
— Высшую, высшую, — внезапно развеселилась Луара. — Маме она не нужна, Гарольд маг, ему старшим в семье не бывать. Ну а о моих сестрицах даже говорить не стоит. Вы же их видели, правда? Они, по-моему, до сих пор не поняли, что происходит.
— Стоп, стоп, — остановил я фантазии Луары. — Вы не можете возглавить семейство. Насколько я помню, в Силистрии это право мужчины, и только его.
— Верно, — согласилась со мной сестра Гарольда. — И у меня такой мужчина есть. Славный мальчик, из благородного, но обедневшего семейства, симпатичный. А самое главное — глупый как пробка. Ему кроме охоты, девок и вина в жизни ничего не надо. И он это получит, нет проблем. А все остальное достанется мне. И моим детям, которые обязательно появятся.
— Достойные планы, — признал я. — Только есть еще одно «но». А Генрих? С ним-то как?
— Очень просто. — Луара перегнулась через стол и погладила меня по руке. — Его убьете вы, дорогой барон.
Недооценивал Гарольд свою сестрицу, ой как недооценивал! А она вон какая — с амбициями, с мозгами и крови не боится.
— С чего бы? — равнодушно спросил я у нее. — Это ваше внутреннее, семейное дело. Моя персона в нем лишняя.
— А если я скажу, что во всех несчастьях, свалившихся на нашу семью, следует винить не столько дядю, сколько Генриха? — парировала Луара. — Это все придумал он, Тобиас — только орудие в его руках. Дядя не дурак, нет, но Генрих куда умнее и дальновиднее, чем он.
— Не знаю, может, вы и правы. — Я передернул плечами. — Но как-то все очень нелогично выходит. Брату вашему ведь в результате всей этой круговерти почти ничего и не перепадет, все имущество отходит к дяде. В чем выгода Генриха?
— А кто сказал, что Тобиас после благополучного завершения дела должен прожить долго? — сузила глаза Луара. — Равно как и его дочка, Лизелотта. Я понятно выразилась?
— Более чем. Но все равно мне непонятно, при чем тут я.
— Неужели просьба сестры вашего друга ничего не значит? — Луара положила свою ладонь на мою руку. — Барон, следом за Лизелоттой за Грань можем отправиться мы все, то есть я и мои сестры. Никто из нас не нужен Генриху, он никогда нас не любил и никогда не полюбит, это уж я наверняка знаю. Как и то, что Гарольд не сможет убить его. Мой славный братишка для этого слишком благороден, не под силу ему будет пролить родную кровь. Даже если дело дойдет до боя, в последний момент он все равно не сможет нанести решающий удар.
— Тобиас ему тоже не чужой, — заметил я. — Однако он спит и видит, как вспорет его толстое брюхо.
— Вы просто не местный, а потому не видите большого различия между старшими и младшими ветвями рода, — пояснила Луара, не убирая ладони с моей руки. — Это очень тонкая материя, чтобы осознать ее, надо прожить здесь не год и не два. Впрочем, эти знания вам и ни к чему. Вам всего лишь надо убить Генриха.
— Как вы себе это представляете? — спросил я у нее. — Я не наемник, мне тонкости их ремесла неизвестны. И потом, у вас есть Рикардо, это его профессия.
Тут я господину в маске безосновательно польстил. Нет, сцапать они меня сцапали, но выглядело это топорно. Вот честное слово. И дело не в личной обиде.
— Фон Рут, с вами сложно разговаривать, — вздохнула Луара. — Если бы речь шла об убийстве из-за угла, то все было бы просто и понятно. Зачем мне тогда вы? Нет, Генриха надо убить на законных основаниях. На поединке. И в присутствии короля, он подобные вещи любит.
