Утром следующего дня мы прибыли в часть, на которую напали «окруженцы». Еще на инструктаже Рейнеке ознакомил нас с рапортом офицера из данного батальона. Из этого рапорта следовало, что основной целью нападения было освобождение ранее захваченного охраной в лесу неизвестного мужчины. В деле присутствовали запросы, касающиеся номера изъятого у него карабина. Почему-то тогда именно этот факт привлек внимание нашего командира. К сожалению, он не сообщил об этом никому из нас, а это могло бы нам существенно помочь в дальнейшем… На месте нас сразу же распределили согласно поставленным задачам. Моей группе было поручено изучить все обстоятельства нападения и определить количество нападавших. Так вот, уже на этом этапе мною были выявлены некоторые несоответствия официального рапорта и фактических событий. Так, согласно рапорту, нападавшие обстреляли расположение части из миномета, но мы нигде в лесу не нашли не только следов его установки, но и вообще каких-либо следов, указывавших на наличие там хотя бы одного человека. Далее, в рапорте говорилось о смерти одного офицера и нескольких рядовых от брошенных нападавшими гранат. Так вот, внутри дома не было ни одного осколка от якобы разбитых при этом окон. Все эти стекла оказались снаружи. То есть гранат с улицы никто не бросал, все взрывы были внутренними. Одно это заставило меня сильно усомниться в официальной версии. Продолжая осмотр, я попросил показать мне тела погибших. Их еще не увезли, и все они лежали рядом – в сарае на улице. Так вот, каково же было мое удивление, когда я выяснил, что большая часть погибших в доме солдат была убита не гранатами!
– А чем же?
– Одного убили ножом, а остальных – подручными предметами.
– В смысле?
– Им проломили голову ударом твердого предмета. Это мог быть и кулак, и кусок деревяшки – что угодно. При этом никто из них не крикнул и не позвал на помощь, а ведь почти все они были в одном помещении – охраняли задержанного ранее русского во время допроса. Получалось, что он, один и без оружия, убил семерых здоровых и крепких мужчин. И при этом никто из них не успел оказать сопротивления или открыть огонь. А ведь они были вооружены, их оружие осталось в доме, кроме трех пистолетов, которые этот мужчина унес с собой. Далее, он же непонятным образом пробрался (на глазах у часового!) в радиомашину, убил ножом радиста и вывел из строя радиостанцию. После этого он неизвестным образом подорвал дом, в котором была расквартирована охрана, дождался забежавших в штаб солдат, бросил в них две гранаты и исчез. Его вообще никто не видел. А ведь было светло, вокруг объекта передвигался патруль, на вышке было двое часовых. Да и часть была поднята по тревоге, в этих условиях даже кошка не проскочила бы незамеченной.
Опросив солдат охраны, я установил, что у задержанного с собою не было даже ложки. Каким образом он сумел все это проделать и куда после исчез, я так тогда и не понял.
– Это напоминает голливудский боевик!
– Голливуду такое и во сне не привидится! Неожиданности на этом не закончились. Завершив осмотр, я получил приказ оказать помощь солдатам, прочесывавшим лес. Аналогичное задание получил лейтенант Рауф. Его группа закончила проверку места, откуда предположительно стреляли нападавшие. Стоило ли говорить о том, что и они никого и ничего не нашли? Пока я докладывал гауптману Крашке о результатах моих исследований, Рауф со своей группой уже двинулся к лесу. В бинокль я видел, как он встретился с проводником – немолодым уже мужчиной из отряда охраны.
– Немолодым? Разве охрана состояла не из солдат?
– Нет, там служили местные добровольцы. Так вот, они о чем-то переговорили, и отряд Рауфа вместе с проводником ушел в лес. Спустя минут двадцать и я со своей группой выдвинулся из расположения части на прочесывание леса. Поиски наши не дали никаких результатов, в чем, после моего доклада, уже никто и не сомневался. Только на поле, в окопах, солдаты обнаружили троих патрульных, посланных ранее на преследование нападавших. Все они были убиты, а четвертый патрульный исчез. Спустя некоторое время над лесом поднялись желтые ракеты – сигнал сбора. Прибыв в точку сбора, я узнал, что Рауф напал на след нападавших, один из которых, по-видимому, ранен. Его отряд двинулся по их следу, но внезапно шедший впереди проводник подорвался на мине. Взрывом он был ранен и контужен. Один из солдат был убит и несколько ранены. В сложившихся условиях лейтенант принял решение временно прекратить преследование и отослал раненых в лагерь. Я получил приказ его заменить. Дойдя до места подрыва, я сменил его и его отряд, которые направились в тыл. Ко мне в усиление подошла группа лейтенанта Райнемана. Теперь нас было сорок человек – вполне достаточно, чтобы догнать и уничтожить нападавших. По словам Рауфа, их было не более трех-четырех человек. На прощание он сказал мне: «Смотри вверх!» Видя мое удивление, Рауф пояснил – мина была на дереве. Каким образом она взорвалась – лейтенант не понимал.
– Радиоподрыв?
