Костяная броня на теле расцарапала правый борт "Неймоса", красноватым вспыхнули хроматофоры существа, объявляя о намерении атаковать. Чувствительные конечности чужака обернулись вокруг корпуса и расцарапали звукопоглощающие плиты, оставив в них глубокие борозды. Хемо-чувствительные уплотнения на кончиках щупалец вели их к загерметизированным шлюзам и люкам. Тиранид хотел открыть судно океану, вывернуть его наизнанку и закусить тем, что внутри.
Стальные кольца напряглись, хищник закрепил в своих объятиях подводное судно, кислотный, ядовитый гель, выделяемый из металлических клыков его тела, залил изогнутый корпус. "Неймос" затрясся и задрожал, остов корабля начал изгибаться в разные стороны, когда тиранид тянул и давил.
Пока Рафен несся по узкому коридору, палуба дико накренилась, его впечатало в стену, пластина его наплечника размазала выключенный экран. Из соединительного щита над его головой полились искры, но он проигнорировал ослепляющие вспышки и продолжил бег. Через решетчатый настил под его ботинками слышались голоса, рассерженные и резкие, выкрикивающие грубым рыком фразы боевого языка. Кровавый Ангел сделал еще два шага и услышал над головой треск. Он вовремя поднял руки, чтобы поймать сломанный кусок трубы, когда ее кинуло вниз, и позволил струйкам технической воды свободно стекать. Отбросив ее в сторону, он продолжил широким шагом идти к люку командного отсека в кормовой части.
Небольшое пламя вырывалось изнутри одной из контрольных консолей, и сервитор начал заливать во внутренности машины ингибиторы. Везде зловеще мерцали лампы, отсек дернуло, когда еще один удар по касательной обрушился на "Неймос". Постоянным воем исходили сирены предупреждения.
— Докладывайте! — заорал он, привлекая к себе внимание илота. Все рабы-машины казались раздражающе невозмутимыми относительно того, что происходило с судном, их выражения лиц были такими же пустыми, словно те находились в круизе на спокойной заводи.
— Работаю, — ответил сервитор, распечатывая перфокарту из полости в груди, — аварийная ситуация. "Неймос" подвергся атаке биологического ксеноса.
— И это все? — спросил Нокс, прибыв вслед Рафеном, — Это едва ли можно не заметить.
И снова корабль зазвенел, словно церковный колокол.
Вслед за Ноксом в зал ввалились остальные боевые братья, раздраженные от такого оскорбления.
— Наблюдаю, — произнес сервитор. Рафен изучил его, размышляя насчет драгоценного камня ксеноса, спрятанного в его сером веществе. Была ли там какая-то часть разума Маттхана Зеллика в данный момент, наблюдавшая за этим обменом ударами? Он нахмурился и откинул эту мысль. Всему свое время.
Илот нажал вырезанные из дерева клавиши, и над штурманским столом возникло мерцание гололита. Оно появлялось и исчезало, но призрачное изображение было достаточно четким, чтобы Астартес осознали, с чем они столкнулись. Голографический экран показывал модель резонансного сканирования "Неймоса" и обернутую вокруг него, словно похотливый любовник, тварь со щупальцами и крючьями, похожие на пулю очертания были покрыты иглами.
— Трон и кровь, — пробормотал Эйген, — это кракен.
— Он не похож на тех, с родного мира, — ответил Нокс, — это тиранид. Больше никем он быть не может.
Рафен кивнул:
— Еще одна эволюционировавшая в океане форма, как ликторы-акулы.
— Мы можем его стряхнуть? — спросил Туркио. — Опустить глубже? Может он не захочет последовать за нами.
Кейн покачал головой и указал на огромную стрелку в циферблате на дальней переборке. Стрелка пересекала желтую полосу, медленно продвигаясь к красной зоне.
— Глубиномер, — объяснил он, — еще немного воды под нашим килем и нас раздавит, как пустую гильзу.
— Взгляните на эти костяные пластины, — добавил Гаст, кивая в сторону изображения, — гарантирую, что это чудище выживет в глубинах намного лучше нас.
— Значит в другую сторону, — ответил Туркио, — поднимаемся. Если он глубоководный, то когда мы поднимемся к поверхности, он может потерять интерес…
Двойной удар по носу с левой сторону развернул "Неймос" на бок, начали лопаться заклепки торсионов внутри корпуса. Пулуо шепотом выругался, когда панель рядом с ним испустила фонтан искр и погасла.
— Кроме того, кажется, его не так легко обескуражить.
Рафен принюхался, и уловил запах раскаленной проводки и затхлой морской воды из коридора.
— Он разорвет нас на части, если мы его не остановим.
— У "Неймоса" есть башенки с лазпушками, — рискнул предложить Эйген, — Мохл упомянул об этом…
Он сглотнул и продолжил:
— Сине-зеленый спектр частот лазера позволяет стрелять под водой.
— Не пойдет, — ответил Нокс, — эта тварь прямо на нашем корпусе, вне досягаемости выстрела в упор.
— Нам придется непосредственно разбираться с этой штукой, — согласился Рафен, — взглянуть ей в глаза.
— Снаружи? — Эйген моргнул. Сержант Кровавых Ангелов кивнул:
— Снаружи.
Нокс скрестил руки:
