Черная Завеса полностью

— Я призвал его сюда. Я, — Фаустус до боли стиснул руки в кулаки. — Я строил церкви в его имя. Я проводил ритуалы. Я убивал ради него. Я назвал его Единственным Истинным Богом. Единственным истинным богом для нашей расы. Я провёл его с собой через миры.

В его груди зародилась боль такой силы, что он не мог дышать.

— И они сказали ему бросить меня здесь? Бросить МЕНЯ?

Он уставился на вампира, ослепнув от боли.

Боль разделения раздирала его свет. Сердечная боль. Суровое воспоминание обо всех вещах, что он принёс в жертву. Даже его супруга. Он отдал её вампирам в рамках изначальной сделки с ними. Он отдал её им.

Но опять-таки, тут не найти удовлетворения.

Это не подходящая аудитория для его жалоб.

Его слова не вызвали у вампира никакой реакции.

Даже жалости.

Даже смущения из-за него.

Ничего.

Если уж на то пошло, это заставило Бэйшла полностью утратить интерес к Фаустусу.

Похоже, Брику надоело, он устал от перепалки.

Устал от него.

Как раз когда Фаустус подумал об этом, вампир выдохнул с чистым притворством.

Удерживая окурок hiri полными губами, Брик освободившимися руками поправил рукава и манжеты, не глядя в глаза видящего. Он одёрнул края, выравнивая их с рукавами пиджака, и заговорил, не поднимая взгляда.

Его тон сделался открыто скучающим, почти нетерпеливым.

— Ты же знаешь про человеческую группировку, да, Чарльз? «Архангел»? Мне говорили, что они тебе знакомы.

Фаустус не ответил.

Он сохранял неподвижную маску разведчика, но вампиру впервые удалось выбить его из колеи. «Архангел»? Человеческая группировка наёмников? Та, что мнила, будто в этом мире они сажают королей на трон и свергают обратно?

Фаустус определённо знал о них.

За последние шесть десятков лет он периодически внедрял шпионов в их ряды.

Он знал, что Блэк также сталкивался с этой группировкой наёмников. Один из их членов взбунтовался и едва не убил его.

Ничего из этого он не сказал вампиру.

Брика, похоже, детали их прошлого тоже не интересовали.

— Ну, я поболтал с кое-какими их старшими офицерами. В итоге у меня состоялась более долгая беседа с их лидерами. «Священники» — кажется, так они называются?

Брик пожал плечами, будто это была ещё одна деталь, которую он не считал интересной.

Фаустус невольно разинул рот. Последние шестьдесят лет Фаустус пытался добиться такой «беседы» с руководством «Архангела». Он так и не пришёл к успеху. Он узнал, что их называют «Священниками», но не сумел приблизиться к ним.

— Что ж, — Бэйшл вздохнул, поджав губы. — Оказывается… они уже решили, что им тоже не нравится этот новый мир, созданный тобой, Чарльз. Как я и сказал, в этом отношении у нас почти не возникло разногласий. Более того, они весьма обрадовались, когда я сообщил им, что Квентин Блэк и его жена организовали перемещение твоих «последователей» в другое место… и те уже не вернутся.

Бэйшл помедлил, взглянув в глаза Фаустуса.

— Конечно, по-прежнему стоит вопрос с Квентином и его женой. До сих пор сохраняются некоторые разногласия насчет того, как разбираться с хаосом, порождённым их весьма… ну… нетрадиционными способностями видящих. Мириам в особенности вызывает опасения среди сотрудников «Архангела». Но они также не питают нежных чувств к склонности Квентина превращаться в летающее огнедышащее создание. Вся эта драма и привлекаемое внимание… они не в восторге.

Брик бросил на Фаустуса бесстрастный взгляд, и лёгкая улыбка снова заиграла на его полных губах.

— Они бы хотели, чтобы они вообще перестали это делать. Больше никаких драконов. Никаких прыжков между измерениями. Никаких драматичных небесных сражений над Голливудом. Видишь ли, лидеры «Архангела» уже планировали устранить их обоих. Но я посчитал, что я в долгу перед Квентином и его очаровательной женой, так что мне удалось изменить их мнение.

Бэйшл помахал рукой перед лицом, разгоняя дым.

— Я заключил новую сделку с нашими весьма кровожадными человеческими друзьями. До тех пор, пока я способен склонить твою племянницу и её мужа к сотрудничеству, они могут выбраться из этой ситуации живыми. Но ты знаешь, как это сложно для дорогого Квентина. Он противится даже самым разумным просьбам. К тому же, он просто обожает внимание людей. Залечь на дно, не устраивать сцены всякий раз, когда он оказывается в объективе человеческих камер… для него это может оказаться слишком сложным. На самом деле, зная Квентина, я даю лишь 50 % вероятности, что они сумеют не спровоцировать паранойю «Архангела» и не навлекут на себя гибель в первый же год.

Он улыбнулся.

При этом стали видны самые кончики его клыков.

Фаустус вздрогнул от этой вспышки белизны.

Это всё равно что увидеть полоски тигра, притаившегося в кустах.

Он хотел сказать себе, что не видел этого.

Что этого нет на самом деле.

Бэйшл продолжал тем скучающим тоном.