Правда оказалась не такой эффектной. Положив передние лапы на стол, Кэйла недоуменно скользила взглядом по строчкам. Какую книгу ни открой, какой ни разверни свиток – всюду лишь длинные перечни магических болезней и проклятий и методы их лечения.
Ей встретилось упоминание о тхирау – лихорадки, которая словно бы сжигала человека изнутри. Финэ – болезни, которую иначе называли «ядовитой кровью». Суть была вполне ясна из названия: по венам жертвы текла ядовитая кровь, медленно – до полной остановки сердца – отравляющая организм.
В древней рукописи, грозящей в любой момент рассыпаться в пыль, Кэйла прочитала о теневом проклятии, которое могла наслать прирученная тень, сотворенная умирающим магом. Приближающаяся смерть создателя наделяла тень особой силой. Прикоснувшись к человеку, она заражала его своей собственной тьмой. Рано или поздно, жертва сама становилась бесцельно блуждающей по миру тенью.
Кэйла нашла и упоминание о ддерху – так называемом каменном проклятии. Его могли наслать духи леса, заподозрившие человека в жестоком обращении с животными. Кара была суровой – все, к чему прикасался проклятый, будь то еда, вода или утварь, мгновенно превращалось в камень. В конечном счете жертва чар лесных духов заманивала себя в каменную ловушку и умирала от голода и жажды.
Поежившись, Кэйла переключила внимание на вырванную из книги страницу с описанием ритуала изгнания «беспокойного духа». Однако время шло, а она так и не смогла понять, какая связь между всеми этими книгами и… дождями.
Кэйла направилась вперед, ориентируясь на след, мерцающий в пыльном воздухе, и в конце концов обнаружила его упирающимся в каменную стену. Она чувствовала исходящую оттуда силу – энергетическую волну, едва не сбивающую с ног. Там, за стеной, прятался источник сильной магии. Первопричина обрушившихся на Стоунверд дождей.
Стена странно мерцала, и Кэйла быстро поняла, что видит перед собой поразительно достоверную иллюзию. Призвала на помощь силу Амерей, которая, соединенная с силой лунной пантеры, стала едва ли не безграничной. Она провела лапой по холодной на ощупь каменной стене, стирая ее «ладонью». Призрачный ластик, которым и стала кошачья лапа, с легкостью уничтожил иллюзию.
За фальшивой стеной Кэйла обнаружила нечто, что сперва приняла за магический барьер – вихрь магической энергии от пола до потолка, закручивающийся в некое подобие воронки. Но когда лапа прошла насквозь, стало ясно, что она видит перед собой один из порталов, о которых еще в первую их встречу говорил Джеральд. И именно оттуда, от скрытого за ним источника чар исходила мощнейшая энергетическая волна.
Амерей свидетель – Кэйле не терпелось шагнуть в портал, но вместе с тем она понимала, что это может быть слишком опасно. Куда тот ее приведет? Сможет ли она, даже в обличье духа, выбраться оттуда без посторонней помощи? И что произойдет с ее лунным стражем, если взойдет солнце, а она все еще будет находиться слишком далеко от собственного тела – или, если быть точной, от тела Денизе?
Ей ничего не оставалось делать, как вернуться к Джеральду. Кэйла искренне поблагодарила лунную пантеру за помощь и зажмурилась, отчаянно желая оказаться в человеческом обличье. Кожу закололи тысячи иголок. Так бывает, когда отсидишь ногу – с той лишь разницей, что сейчас иглы впивались в ее тело от макушки до пяток.
Застонав, она открыла глаза. Назвать безболезненным возвращение себе человеческого облика язык не поворачивался. Однако у перевоплощения имелась и обратная, куда более приятная сторона – Кэйла снова могла чувствовать тепло рук Джеральда.
– Со мной все в порядке, – заверила она паладина, предваряя его вопрос.
С его помощью поднялась на ноги. После ночи, проведенной в кошачьем обличье, тело, которым прежде Кэйла так восхищалась, казалось неуклюжим, грузным и неповоротливым, словно растерявшим всю свою грациозность.
Глядя в серые глаза и не скрывая торжествующей улыбки, она произнесла:
– Я знаю, где найти призывателя дождей.
По пути до таинственного дома Кэйла рассказала Джеральду о своем эксперименте с кровью лунной пантеры. Переполнявший ее восторг вылился в длинный монолог, но паладин слушал внимательно, не перебивая. Его реакция льстила – перевоплощением он был удивлен не меньше ее.
– Если раньше ты и проделывала такое, то уж точно мне не рассказывала, – сказал Джеральд. – Я рад, что все налаживается. Денизе… Ты не устаешь меня поражать. Ты с каждым днем становишься все сильнее.
Кэйла улыбнулась, чувствуя, как за спиной вырастают крылья. Улыбка тут же поблекла – они подходили к дому, к которому ее привел вытянутый из туч след. Они оба промокли, ведь Кэйла, увы, больше не была призрачной и неуязвимой для дождя. Джеральд, аккуратно ее отстранив, приложил ладонь к двери, что сейчас для нее, не-духа, стала преградой. Повинуясь его на редкость полезным чарам, дверь распахнулась.
