Продолжая слоняться, Бобби очень скоро оказался возле трапа, соединявшего субмарину с причалом, и, улучив момент, незаметно проскользнул в чрево «Дьявола», где через пару секунд на фоне внутреннего убранства чудесного судна померкли все хитроумные устройства верфей.
Каюта капитана была обставлена по-спартански, в то время как прочие водонепроницаемые отсеки и центральный салон являли собой настоящий передвижной музей искусства и диковинных даров природы. Картины, рыцарские доспехи, коллекция всевозможного оружия и бронзовые копии античных скульптур соседствовали с водорослями, раковинами и прочими представителями океанской флоры и фауны. Посреди салона из гигантской двухметровой тридакны с тихим журчанием бил фонтан, озаряемый призрачными сполохами зеленоватого света. Робко приблизившись, Бобби помедлил и легонько коснулся острого края-зубца, обдавшего руку холодом перламутра.
— Как же удалось такую поймать? — удивился он.
Размеры морского чудовища были поистине огромны, куда там наутилусам.
Далее следовала библиотека, и выросший на улице Бобби, учившийся читать по скупым листовкам о поимке преступников да газетным вырезкам на придорожных столбах, с благоговейным трепетом пересек погруженную в полумрак комнату, наполненную незнакомым запахом бумаги, к которому примешивался аромат свежего лака.
В маленьком помещении за столовой, куда доносился отдаленный рокот ворочавшихся в ложементах двигателей, был установлен узкий металлический трап, выводящий к шлюпке, у которой о чем-то негромко шептались Гаспар и пара-тройка рабочих.
— Ты чего там вынюхивал, а? — завидев мальчишку и сделав остальным знак молчать, строго спросил он и нахмурился. — Ну-ка вылезай оттуда!
— Ничего. Просто смотрю, — ответил паренек, сдвигая на макушку картуз.
— Нечего тут глазеть, не видишь, люди работают, — подозрительно глядя на мальчишку, Гаспар указал на жилые отсеки. — Вон отсюда! Пусть с тобой Свен нянькается.
— Я сам по себе! — сунув пальцы за лямки подтяжек, цыкнул зубом беспризорник. — И он мне не указ! Мной никто не командует!
— Делай, что говорят, мелкий! — угрожающе надвинувшись, бригадир шлепнул по мозолистой ладони головкой разводного ключа.
— Гаспар! Эй, Гаспар, можно тебя…
На палубу субмарины, гремя сапогами, под которыми стонала доска, поднялся один из часовых — тот самый, что недавно провел Бобби, Свена и капитана лабиринтом подземных туннелей, — и, отведя бригадира в сторону от остальных, что-то сбивчиво заговорил ему на ухо, явно торопясь.
— Что?! — через несколько мгновений удивленно воскликнул Гаспар, и собеседник тут же призвал его снизить голос, украдкой озираясь по сторонам, хотя их беседу и так прикрывал царящий вокруг гам и лязг, эхом разносящийся под сводами пещеры.
Спустившийся на причал Бобби, с напускным безразличием мявшийся возле поставленных на попа бочек с прессованным порохом, не мог слышать разговора, но загадочное поведение Гаспара и подчиненных ему рабочих вызвали у мальчугана жгучее любопытство. У воспитанного улицей беспризорника был развит собачий нюх на приключения и проделки всевозможного рода, так что он насторожился, держа уши востро, словно щенок, завидевший мозговую косточку.
— Ладно, пошли, — бросив еще один взгляд на жилой отсек капитана, наконец рассудил Гаспар и сунул разводной ключ одному из напарников. — Юн, за старшего. Я не долго.
Стараясь не отставать, но особо и не приближаясь, Бобби незаметно увязался за ними, не увидев, как с ревом пробуждающегося животного ожил гигантский хвостовой винт субмарины, взбивавший пещерное озеро в снежную пену. Команда спешно готовила «Морского Дьявола» к отплытию.
Вынырнув вслед за взрослыми прямо во влажные объятия засыпающих джунглей, Бобби сразу же наметил направление. От наполненного чарующими ароматами воздуха легонько закружилась голова. Наконец тропинка привела дозорного, бригадира и следовавшего за ними по пятам мальчишку на вершину небольшого холма, с которого был хорошо виден подмигивающий пятнышками светильников и костров лагерь британского гарнизона, раскинувшийся далеко внизу. Гаспара и его провожатого дожидались две неподвижные человеческие фигуры, от которых в бледном свете луны по земле тянулись длинные фантасмагоричные тени.
— Гутен так, — негромко поздоровались в тишине.
Голос и акцент притаившийся в темноте мальчишка определил безошибочно, узнав в собеседниках бригадира двух немцев-геологов, прибывших с ним на миссионерском корабле. Их одежда была слегка потрепана путешествием через джунгли, спины оттягивали навьюченные пузатые рюкзаки. Осторожно подобравшись как можно ближе, паренек устроился под сенью огромного папоротника и навострил уши.
— Какого черта? — в словах Гаспара тревога мешалась с раздражением. — Кто вы такие и где Ананс? Мне сказали, что чертежи уничтожены.
— Истинная правда, — кивнул немец постарше. — Присланный вами и, к сожалению, весьма нерасторопный француз теперь так же недосягаем для нас, как и важнейшие документы, которые ему поручалось нам принести.
