— Братья! Теперь у нас в руках есть настоящее оружие для свержения власти Артура и Совета! Оно во много раз сильней пушек и шагоходов, хотя именно с их помощью мы вырвем нашу победу!
Ланселот выглядел устрашающе. Стареющий франт и грустный учитель обычно, сегодня он облачился в отделанные золотом и серебром рыцарские доспехи, ослепительно сияющие в газовых огнях. В топке доспехов полыхал флогистон, искры снопами летели из радиаторов. В ногах у Ланселота стоял устрашающего вида цепной меч, поднять который без пневматических приводов доспеха обыкновенный человек был не в состоянии.
— Наши братья, рискуя жизнями, вырвали из логова Совета главный секрет — вот эту таблицу! — Ланселот поднял руку с принесенным Бобби листом. — Это не просто таблица кодов для Грааля, это то, что дает Совету власть над всеми вами, даже теми, кто обучился грамоте в наших ячейках. Ведь даже вы, братья Просвещенные, никто без иероплазмы, дающей вам знания о том, как управлять машинами и вести расчеты — ведь знания эти улетучиваются, стоит вам отключить подачу эликсира! День, когда мы отринем рабские оковы алхимических тинктур, еще не наступил, но я верю, что вы будете последним поколением, которое вынуждено прибегнуть к изобретению Артура Айкина! Пока же нам придется пойти на беспрецедентный шаг — мы вольем знания всем жителям Лондона, а затем и всей Империи!
— Но Ланселот, они же все забудут, как только отключат подачу иероплазмы! — раздался чей-то голос из толпы.
— Теперь уже нет! — победно улыбнулся рыцарь. — Этой таблицы нет в библиотеке кодов Грааля, ей владеет лишь горстка приближенных к Артуру — это код Закрепителя!
В библиотеке царил форменный хаос. Люди вокруг вооружались, расхватывая винтовки, защитные нагрудники и шлемы. Не все, на самом деле, слушали Ланселота, однако каждый знал — день, которого все так ждали, настал. Революция вот-вот должна была выплеснуться на улицы!
— Стоит сотворить в атаноре Грааля малую толику этого вещества, — продолжал Ланселот, — и соединить его с иероплазмой, как эликсир начнет кодировать белки организма на постоянную память! Иначе говоря, — Ланселот обвел взглядом притихшую на мгновение толпу. — Никто больше не потеряет ни крохи того знания, что мы дадим им сегодня! Но не забывайте, что наша цель — научить людей добывать знания самим и передавать их другим как когда-то, от человека к человеку! Мы откроем для всех библиотеки, столетиями копившие знания, которые до этого дня лишь позволяли жиреть толстосумам из Сити!
В ответ толпа взорвалась восторженными воплями. Какой-то идиот даже шарахнул в потолок из только что полученной винтовки, но его быстро утихомирили тумаками соседи.
— А теперь, братья, — Ланселот взял со стола перед собой баллон иероплазмы. — Дадим Совету отведать его же оружия!
Все находящиеся в зале уже получили фляги с боевой иероплазмой. Ее годами, рискуя жизнями, по капле крали в войсках члены ячеек — солдаты, обслуживающий персонал, проститутки.
Бобби посмотрел на сосуд в руке. За свою жизнь он поменял множество работ, в его крови побывали десятки составов иероплазмы, включая ту мерзость, что несла в дома Моргана. Но теперь он держал нечто иное — концентрированное знание о том, как убивать. Лишать людей жизни. Бобби разговаривал с ветеранами, входившими в братство, и знал, что под действием боевой иероплазмы не испытываешь страха, боли или угрызений совести. Ты можешь только убивать ради достижения цели — и алхимии совершенно все равно, делаешь ли ты это во имя справедливости или потому, что капрал приказал тебе сжечь из огнемета мешающую продвижению шагоходов деревню.
Товарищи Бобби, в глазах которых горел огонь праведного гнева, не задумываясь подключали баллоны. Две девицы, которых привели в ячейку в тот день, когда Бобби с книгой тормознули фараоны, уже вкатили эликсира по полной, и теперь потрясали автоматическими винтовками. Рыжий Майк Бейтман, роняя брызги слюней, выкрикивал угрозы Совету. Таких как Бобби, сомневающихся, были единицы.
Бобби перевел взгляд с баллона на новехонькую автоматическую винтовку «ли-энфилд». В книгах, которые он прочитал, ее сородичей частенько называли «орудием убийства». Но если подумать, а кем станет он, Бобби, под влиянием плазмы — не орудием ли? А винтовка будет лишь стальным к нему придатком, извергающим из чрева раскаленные пули.
— Я вижу, ты тоже сомневаешься, брат Бобби?
Бобби поднял голову и оторопел. Над ним возвышался сам Ланселот. Вблизи было хорошо заметно, насколько потрепаны его адамантовые доспехи.
— Я… я… — промямлил Бобби. — Я верен делу Просвещения…
— Не надо этих штампованных лозунгов, — на лице Ланселота появилась грустная улыбка. — Я не скрою — мне больно от того, что здесь происходит. И если бы был другой путь…
Старый рыцарь покачал головой.
— Но другого пути нет. Без оружия и боевой иероплазмы войска Совета раздавят нас как кухонных тараканов.
— Я понимаю, сэр, — вздохнул Бобби и потянулся к вентилю.
