Вскоре в живых остались только сам Артур, бьющийся с ним Ланселот, и Бобби, которого никто не замечал под грудой книг. И Ланселот сильно уступал своему противнику — он уже многие годы не принимал эликсир бессмертия, да и доспехи у Артура были куда лучше. Впрочем, в бою пострадали оба рыцаря — когда Бобби очнулся, в левом наплечнике доспехов Артура открылась зияющая прореха, через которую были видны дергающиеся стальные тросики и поршневые усилители. Кирасу Ланселота усеивали рубцы и вмятины, продырявленный котел чадил, замедляя движения и без того уставшего рыцаря.
Ланселот шаг за шагом отступал от разящих ударов Артура, уходя в глухую оборону.
— Ну что ты, Джозеф, опять впросак попал? — в голосе Артура, когда он обращался к рыцарю по его настоящему имени, звучала издевка. — Сперва увел у меня жену, теперь решил урвать самый жирный кусок — власть в империи?
— Когда-то мы решили, что она принадлежит Совету, а не одному только регенту, — меч Ланселота с жутким визгом проскреб зубьями по тарчу Артура. — А после смерти Гавейна все пляшут под твою дудку…
— Вы все и плясали изначально под мою дудку! — рявкнул Артур, зацепив своим мечом меч противника. — И ты это прекрасно понимал все эти годы! А потом ты вдруг решил, что мы все сделали не так? Что не так, Джой? Разве жизнь была лучше до того, как изобрели иероплазму? Теперь никто не сидит без работы, а вечером всем обеспечен свой кусок счастья.
— Ты сделал из людей стадо послушных животных!
— А ты хочешь это изменить? Ты уверен, что им это надо? Что ты наплел этой публике, что сейчас дохнет за тебя в доках? Не любишь ты их, Джой, такими, как они есть. Хочешь им жизнь по-другому устроить. А ты спросил у них, хотят ли они по-другому? Те, которые сейчас по углам жмутся, и ждут грез от Морганы как манны небесной?
— Захотят, — прорычал Ланселот. — Все захотят, как только я завладею Граалем! Я сумею изменить всех в нужную сторону!
— Ну вот, хоть слово правды, старый козел! — Артур всадил ревущий меч в полку, едва не располосовав бок Ланселоту. — Грааль нужен тебе так же, как и мне, только ты с его помощью хочешь построить все чуть-чуть по-другому. Но вот не выйдет, знаешь ли! Мордред сегодня в дурном настроении, да и «Авалон» с Персивалем уже на подходе.
Смысл сказанного дошел до Бобби не сразу. И не сразу он понял, что Артур и Ланселот считают его покойником, иначе он не услышал бы этих слов.
Стараясь не делать резких движений, он положил руку на вентиль фляги с боевой иероплазмой и повернул его. Эликсир насытил его кровь, но прошло еще несколько тяготящих душу мгновений, прежде чем в голове Бобби завертелись хорошо смазанные шестеренки аналитической машины, смолов все эмоции.
Словно прозрев, Бобби увидел бегущую по корпусу заспинного котла доспехов Артура трещину. У него появилась цель, и он знал, как ее достигнуть.
Артур очередным выпадом меча проткнул кирасу Ланселота. Из дыры ударили пламя и дым, рыцарь выпустил меч и рухнул на колени. На лице Артура играла кривая усмешка. Он поднял ногу и уперся сапогом в охваченные огнем латы Ланселота, чтобы вытащить из раны меч, и именно этот момент выбрал Бобби, чтобы, выпростав из груды книг винтовку, выстрелить.
Начиненная разрыв-травой пуля прошила заспинный котел Артура, выбив из него фонтан кипящего пара. Регент успел обернуться и посмотреть на выбирающегося из книжного завала Бобби.
— Вот же ж сучий ты потрох все-таки, Джой… — успел произнести Артур, прежде чем взрыв флогистона разорвал его на части.
Ланселот опрокинулся на спину. Меч Артура торчал у него из груди как надгробный крест. Бобби вновь очутился на груде книг. Сверху посыпались остатки уцелевших стекол.
Зато стало тихо, и теперь лишь с улиц доносились отдаленные выстрелы и крики.
Бобби поднялся и ощупал флягу с иероплазмой. Цела. Он подобрал винтовку и, прихрамывая, направился к Ланселоту. Старик был еще жив, хотя его окружало море крови, смешанной с машинным маслом.
— Бобби, выслушай меня, — закашлялся Ланселот.
— Все это и в самом деле для того, чтобы ты заменил Артура? — безжизненным голосом спросил Бобби. — Чтобы устроить все по-своему?
— Брат Бобби, — Ланселот попытался сесть, но из-за меча в груди лишь нелепо заскреб руками по полу. — Кто-то же должен был пустить процессы в нужное русло…
— Так ты собирался дать всем остальным свет просвещения, или просто поменять нам один ошейник на другой?
— Черт тебя дери, Бобби, да выслушай же меня! — захрипел Ланселот. — Империю нельзя оставить без руководства, она рухнет! Пойми, я не зря звал тебя и таких, как ты, с собой! Нельзя враз изменить людей просто дав им халявный способ знать буквы! Почему, ты думаешь, я вас
— То есть мы должны были просто стать новым Советом при короле Ланселоте, — Бобби наклонился к поверженному предводителю и вытащил из сумки на его поясе мятый лист с кодами. — А ведь рыцари Круглого стола испивают из кубка, принося присягу своему вождю, так ведь? Что же ждало нас в этом кубке, а Ланселот?
Из Ланселота при этих словах словно воздух выпустили.
— Если бы был другой способ… — простонал он.
