— Вот что им не так, я не понимаю? Вот этот хотя бы, Шержень, чего он бесится? Между прочим, — она оглянулась и посмотрела на Кедрова, — за всё, что он успел накропать на меня за эти десять лет, я бы вполне могла засадить его и по демократическим меркам. Но, заметь, я ему ничего не сделала.
— Может, потому и бесится, что не сделала?
— Может, — Софи пожала плечами.
— У меня давно такое чувство, что этот человек нарывается на более жёсткие меры, — Кедров с убеждением заглядывал ей в глаза.
— Мм, — лениво кивнула Софи. — Ну, пусть нарывается дальше.
— И ты ничего не предпримешь по этому поводу?
— Зачем? — она изящным жестом стряхнула пепел. — Мне он не мешает. Если вдруг что, устранить его — минутное дело. Но он, я думаю, прекрасно устранится и без моей помощи — как минимум, политически.
Кедров не решился с ней спорить, но, видимо, вопрос в глазах она и так заметила и со смехом сунула ему раскрытый журнал.
— Вот, полюбуйся.
Он подошёл к столу Софи и взял журнал. Несколько раз пробежал взглядом статью, пытаясь уловить, на что же именно ему следовало полюбоваться.
Софи выжидательно смотрела на него, потом всё же решила подсказать:
— Помнишь, как он писал раньше? Остроумно, хлёстко, всегда в самую точку… А это вот что? — она пренебрежительно махнула в сторону статьи. — Срывается уже в базарную ругань. Скоро станет писать, как все эти горлопаны, над которыми давно ржут свои же. Нервишки сдают у мальчика.
В её глазах пробежали такие чертенята при этих словах, что Кедров невольно усмехнулся:
— Не знал бы точно, подумал бы, что это что-то личное.
Софи спокойно покачала головой:
— Чисто спортивный интерес. Любопытно посмотреть, на сколько его ещё хватит. Он там, в частности, писал, что они в любом случае дождутся и переживут меня… Как бы не так, — глядя сквозь пространство и время, Софи улыбнулась. — Это я их переживу. Я вас всех переживу, — с саркастическим прищуром бросила взгляд на Китти. — Даже заграница не поможет.
Она затянулась уже новой сигаретой и закашлялась. Кедров никак не мог сообразить, кто сейчас рядом с ним: старый друг, которого следует похлопать по спине, или Верховный Правитель, которого нельзя касаться руками. Но пока он думал, та уже откашлялась сама. Кедров всё же заметил:
— Ты слишком много куришь, Софи.
Она только отмахнулась:
— Кто бы говорил.
Вдалеке раздавался приглушённый ропот: те, кого удалось собрать, подошли к главному входу резиденции Чексина, это на них сейчас отвлеклась охрана. Конечно, не стоило надеяться, что все люди президента там, наверняка, много их рассыпано по всему зданию, да и при самом Чексине так или иначе должны быть телохранители. Но проникнуть в здание, воспользовавшись шумом, удалось.
Свет тускло горел в служебных коридорах. Некоторые лампы нервно моргали и никак не могли проморгаться. Похоже, разруха и запустение дотянулись и досюда.
Софи остановилась на углу, быстрым взглядом окинула протянувшийся впереди коридор. Она знала, куда идти теперь, чтобы добраться до искомого, но для этого придётся подойти близко к покоям президента. А значит, вероятность встречи с охраной возрастала.
Что-то грохнуло в той стороне, где был главный вход. То ли там открыли двери с какой-то из сторон, то ли что, но только крики стали отчётливее, кто-то забегал.
Теперь всё нужно было делать очень быстро, время побежало секундами.
— Так, — Софи обернулась к товарищам, — двигайтесь к главному входу, по возможности, расползайтесь вширь. Сейчас нужно ударить со спины. Эндрю, ты за главного. Я вас прикрою.
Объявлено это было так быстро и настолько безапелляционно, что им даже не пришло в голову спорить. И потом, разве не Волчонок давно уже стала среди них негласным командиром.
Один за другим вся дюжина скрылась в коридорах. Софи же достала револьвер и двинулась совсем другим путём. Пока её соратники заварят бой, она доберётся до угля — и тогда всё, победа за ними.
Она продвигалась осторожно, быстрыми перебежками от одного выступа стены к другому. Револьвер она держала наготове в левой руке. Что-что, а стреляла Софи прекрасно: какое бы ни перепало тебе оружие, выжимать из него надо максимум.
Впереди коридор выходил на обставленную по-жилому комнату. Здесь? Софи замерла и чутко прислушалась. Только шум большого побоища вдалеке, тут же, казалось, никого не было.
Решив рискнуть, она быстро подобралась к дверям комнаты и с порога окинула взглядом помещение. Никого нет. Действительно, жилая комната: какие-то шкафы, стулья, по центру — стол. А на столе…
Софи подалась вперёд, забыв об осторожности. Там, среди кип бумаг, каких-то шкатулок, канцелярии и прочего хлама лежал он — колдовской уничтожающий уголь. Неприметный совсем, чёрный кусочек — один рывок, и он будет у неё в руке. А потом не столь важно, можно даже покидать поле боя: Чексин без угля — ничто.
Быстро, пока не пришли и не помешали, Софи перебежала к столу, свободной правой рукой ухватила уголь и спрятала себе в карман.
