– Выходит, что Слава все-таки нас спасал, а не себя. Сам-то мог убежать, – настойчиво произнесла Каз. – Этот монстр-р-р заманивал сюда путников, усыплял и лакомился. Если бы не твой др-р-руг, то от нас бы только косточки остались.
– Он мне не друг, – буркнула Беска.
– Ой, а кто? Любовник? – невинно поинтересовалась Каз.
– Не дождешься!
– Значит, он тебе никто? А что же тогда такая бур-р-рная реакция на какую-то фею? Ты же р-р-рев-нуешь! – рассмеялась Каз.
– Нет! Вовсе нет! Просто не люблю предателей! – заявила Беска, но почувствовала, что краснеет и тут же отвернулась.
– Ты когда-нибудь слышала о тварях, что умеют ткать такие паутины-иллюзии? – она решила сменить тему.
– Оно пр-р-ришло с темной стороны. Из-за гр-р-раниц нашего мира. Только потустор-р-ронний хаос может р-р-родить такое чудовище. Как он только сюда попал?
– Да, тварь еще та, – Беска подошла к трупу. – Невозможная какая-то. У нее и челюсти с клыками, и пасть со жвалами, как у насекомого, и лап нечетное количество. Я такого вообще никогда не видела. Ну шесть, как у жуков, ну восемь, как у паука… но одиннадцать! Такое ощущение, что ее склеили впопыхах из самых мерзотных существ, не особо заботясь о логике. Такое не могло родиться в ходе эволюции.
– Интер-р-ресно, скольких оно погубило? – задумчиво спросила Каз.
– Меня больше беспокоит, при чем тут фея. Слишком уж странное совпадение – ее визит и этот монстр.
– С чего ты так уверена, что это она?
– Слава слишком осторожен, и с чужим человеком не ушел бы, бросив нас, а тут он знает только одну девицу.
– Я никогда не слышала ни пр-р-ро каких фей. Кто она вообще такая?
– Понятия не имею. Это первый человек, кто нас встретил в этом мире и подсказал дом кузнеца, который нас может приютить на время.
– Тоже человека? – уточнила Каз, прищурив глаза.
Беска кивнула.
– Очень стр-р-ранно для долины. Очень, – покачала головой Каз.
– Что мы имеем в итоге: некая тварь сидела в засаде, сотворив иллюзию ответвления от дороги и распыляя сонный газ. Слава не заснул, и когда она приперлась за нами, застрелил ее из арбалета. Выстрел был один, но очень меткий: прямо в центр черепушки. Возможно, монстр издох не сразу, а еще побрыкался и ранил нашего героя, или тут произошла еще одна схватка. Потому что он был вынужден выхватить нож у меня из ножен и где-то получить рану, следы которой мы видели на дереве. Кто этот второй таинственный враг – непонятно. Либо это фея, в чем я сомневаюсь, так как против нее Славка бы ножиком не махал, либо девушка пришла уже после битвы и увела его с собой. Как вариант: лечить. Парень ей нравился, как мне показалось при их первой встрече. При всей ее красоте, мне кажется, что Слава бы нас покинул только в случае крайней необходимости. Либо его рана была очень серьезной, либо она рассказала ему что-то очень важное. Например, как избавиться от укуса зазеркальника.
– Тогда он бы дождался нашего пр-р-робуждения и не бр-р-росил нас без сознания в центр-р-ре поляны. Ведь ни мы, ни он не можем быть увер-р-рены, что такая твар-р-рь тут одна.
– К сожалению, остается вариант очень тяжелой раны, и тогда фея явилась, чтобы перенести его туда, где может вылечить. Не уверена, что мы его найдем, да и помочь лучше нее вряд ли сможем. Остается только продолжить путь, надеясь, что он нас догонит, если мы ошиблись. Конечный пункт он знает.
Глупо и нелепо все как-то, – пробормотала Каз, последний раз оглядывая круглое поле.
Дальнейший их путь был невеселым, но зато кратким. Оказалось, что западня с развилкой была всего часа за три до конца красной дороги. Тут уж перепутать было сложно: путь раздался вширь, лес поредел и, благодаря выстриженным газонам, создавал ощущение парка. Чуть дальше путников встречали огромные мраморные символические врата. Никаких надписей на них не было, но и так было понятно, что Беска и Каз пришли к точке назначения.
В тот момент, когда они проходил под аркой, в воздухе раздался мелодичный перезвон колокольчиков, поэтому, когда девушки по ухоженной гравийной тропинке подошли к большой ротонде, стоящей в центре образованного зеленой стеной туй полукруга, то их уже ожидал высокий светловолосый мужчина, одетый в белоснежную римскую тогу.
– Путники! Приветствую вас у великого Оракула! – воскликнул он, воздев руки вверх, словно взывая к невидимым богам.
– Цирк какой-то, – пробормотала Беска.
Каз невольно хихикнула.
– Что привело прекрасных юных дев к священным водам?
Только тут Беска обратила внимание на плеск воды в ротонде.
– Мы пр-р-ришли задать вопр-р-рос Ор-р-раку-лу! – громко заявила Каз, стараясь не уронить градус пафоса.
– Оракул отвечает только достойным! Тем, что докажет, что его стремление получить ответ искренне и твердо! – мужчина грозно сдвинул брови, но, на взгляд Бески, изрядно переигрывал, как актер в провинциальном театре.
– Мы искренни, как январский снег и тверды, как легированная сталь! – заявила она первую чушь, что пришла в голову.
