Однако сел он на стул между диваном и столом, чтобы видеть и ответившую любезной улыбкой Анриетту, и полицейских, сверлящих ее взглядами, в которых подозрение мешалось с другими, истинно мужскими чувствами. В этом Алекс мог их понять: Анриетта Ресколь в свои двадцать пять представляла собой образец совершенной красоты. Красоты, для опытного взгляда сразу выдающей в ней полукровку-фейри. Где уж хорошенькая девица из семьи небогатых тье Ресколь познакомилась с сыном Дивного народа, остается только гадать, но роман оказался поистине мимолетным, и юноша, вернувшись в Холмы, даже не побеспокоился о плодах нежной страсти. Точнее, об одном плоде…
Тье Люсия Ресколь так и не вышла замуж, но вырастила дочь вопреки родственникам, уговаривавшим отдать фейское – феям. Анри предпочитала не вспоминать об отце, но мать обожала, всеми силами скрывая от нее правду и о прошлой работе, и о нынешнем занятии. Слабому сердцу тье Ресколь-старшей требовались дорогие целители, отдых на курортах и были очень неполезны волнения. А дочь она искренне считала экономкой обычного клуба с ресторацией.
– Здравствуйте, Александр, – спокойно отозвалась Анри. – Господа полицейские, мой поверенный – его светлость лэрд Монтроз.
– Я лейтенант Уилсби, это лейтенант Гастон… Погодите… Вы Александр Монтроз?
– Я Монтроз, – безмятежно подтвердил Алекс, доставая портмоне и подавая тому, кто представлялся, визитку. – Да, тот самый. У клуба, которым владеет тье Ресколь, контракт с моим юридическим домом.
Второй, названный Гастоном и усердно строчащий карандашом в блокноте, поднял голову. С неподдельным интересом взглянул на Алекса, привстал, взял переданную ему визитку и, сунув в карман, продолжил царапать по бумаге грифелем дешевого карандаша. Звук получался неприятный, похожий на шуршание какого-то насекомого, так что по спине Алекса пробежали мурашки, а Анриетта едва заметно поморщилась.
– Контракт с самим королевским стряпчим? Лично? – скептически уточнил лейтенант Уилсби, вглядываясь в Алекса так, словно подозревал его в самозванстве. – И как часто ваши услуги требуются тье Ресколь?
– Услуги хорошего юриста часто требоваться не могут, – ласково сказал Алекс, откидываясь на спинку стула, словно это было большое удобное кресло. – Чем лучше юрист, тем меньше у клиента проблем, требующих его вмешательства. Я так понимаю, тьеда Ресколь еще не отвечала на ваши вопросы? Может быть, сэкономим время моей клиентки и, заодно, ваше? Час поздний, и я предлагаю перейти к делу.
– Мы бы уже давно к нему перешли, но тье настаивала на вашем присутствии, – хмуро откликнулся Уилсби. – Тьеда Ресколь, теперь вы готовы отвечать?
Анри вопросительно глянула на Алекса, получила одобряющий кивок и глубоко выдохнула:
– Я готова, господин лейтенант.
Следующий час был работой: привычной, до тонкостей знакомой, но нечасто выпадающей давно ушедшему из уголовной практики Алексу и оттого приятной, как всякая любимая, но редкая работа. Анри, успокоившись и чувствуя его поддержку, подробно и четко отвечала на вопросы Уилсби, честно стараясь припомнить все, что вызывало у того интерес. Алекс молчал, сцепив пальцы на коленях, просто слушая и запоминая.
– Нет, – говорила Анри своим низким бархатным голосом, от которого даже у Алекса, слышавшего его постоянно, что-то переворачивалось внутри и по телу разливалась легкая пьянящая эйфория. – Официант Джейми Роллинс работал у нас совсем недавно, всего четвертый день. Нет, он пришел не из агентства по найму прислуги, а сам, но с хорошими рекомендациями… Конечно, рекомендации проверили, а как же иначе? Да, у метрдотеля они должны были сохраниться… Предоставить? Хорошо, позже – как скажете. Скандал? О да, я как раз была внизу и услышала крики, вышла в зал… Нет, к Роллинсу я не подходила. Господин лейтенант, на это есть охрана… Да, вот именно, это их дело – в том числе и успокаивать бешеных официантов…
«Которые размахивают бутылками и бьют зеркала, – про себя прокомментировал Алекс. – Ну и боуги с ним, с зеркалом, а вот если бы он попал в Анри…»
– Потом? – переспросила уже с усталыми нотками в голосе Анриетта. – Потом я увела клиента в кабинет, вот как раз сюда. У него была разбита щека, а у меня здесь есть бинты и некоторые препараты… Извинилась, конечно, предложила компенсацию. У меня приличное заведение, зачем мне дурные слухи? Нет, я не использовала фейрийские чары. Господин лейтенант, извольте посмотреть на меня повнимательнее. Вы полагаете, что я не могу убедить мужчину не поднимать шума без помощи чар?
Господин лейтенант посмотрел на Анри еще внимательнее – хотя куда уж – и вынужден был признать, что тье Ресколь безусловно может уговорить мужчину забыть маленькое неприятное недоразумение. И началось снова…
