— Вот черт, — сказала Робин, остановившись и приложив руку ко лбу. Хью Джекс.
После последнего сообщения Джекса она решила, что должна перезвонить ему и дать понять, что он ее не интересует, но после пробуждения это решение вылетело у нее из головы. Робин от природы не любила ранить чувства людей, и, спускаясь по металлической лестнице с iPad в сумке, она чувствовала страх и негодование от того, что ей придется сказать Джеку то, что, несомненно, должно быть очевидным после столь длительного отсутствия ответа на его многочисленные ухаживания.
Полчаса спустя, когда Робин выходила из здания станции Хайгейт, зазвонил ее мобильный.
— Канал модераторов, да? — без предисловий сказал Страйк. — Чертовски хорошо.
— Я еще не в деле, — сказала Робин, шагая в сторону кладбища. — Через неделю я должна пройти тест по мультфильму и игре, который проводит Аноми. Последний вопрос — угадать, кто такой Аноми, так что мне лучше постараться придумать самый лестный ответ.
— Кто-нибудь когда-нибудь угадывал правильно?
— Я спрашивала об этом. Видимо, нет, но Аноми забавно слышать ответы.
— Эгоистичный урод, — ворчал Страйк.
— Как наша экономка?
— Сейчас делает покупки в Aldi. Никаких шкатулок Фаберже, спрятанных вокруг ее персоны, я не вижу. Натли принял Фингерса, все в порядке?
— Ну, он прибыл вовремя, — сказала Робин, — но я бы хотела, чтобы он был менее…
— засранцем? Я тоже. Поверь мне, я хочу, чтобы он ушел, как только это станет возможным. Все готово к вечеру в Норт-Гроув?
— Да, — сказала Робин.
— Будем надеяться, что Пирс по-прежнему неравнодушен к Джессике. Другие новости: Мидж потеряла Тима Эшкрофта.
— Дерьмо, правда?
— Такое может случиться с каждым. Она ехала за ним из Колчестера на машине и застряла за заглохшим грузовиком на перекрестке, так что сейчас его не видно. Она думает, что он направлялся в Лондон, но — ты читала мое письмо?
— Да, читала, и я согласна: он не самый сильный претендент на Аноми. Тем не менее, было бы неплохо исключить его из списка.
— Именно. Что ж, я позволю тебе вернуться к вашему послеобеденному отдыху. Удачи в Норт Гроув сегодня вечером. Дай мне знать, как все пройдет.
Страйк отключился, Робин положила мобильный в сумку и пошла в сторону кладбища.
Когда она свернула в Суэйнс-Лейн, длинную, обнесенную стеной дорогу, которая шла под крутым уклоном между двумя половинами кладбища, она увидела впереди группу молодых людей: четырех женщин и мужчину, двое из которых были одеты в футболки Чернильно-Чёрного Сердца. На спине у мужчины была написана одна из коронных фраз Дрека: “мне одиноко и скучно”, а на одной из девушек — одна из фраз Папервайт: грустно, так грустно. Группа остановилась между входами в Восточную и Западную секции, оживленно переговариваясь и переглядываясь с одного входа на другой. Робин была уверена, что они пытаются выяснить, в какой стороне находится более старая, западная часть, где похоронена Эди и где произошло убийство, но для этого необходимо было присоединиться к пешеходной экскурсии. Остановившись, Робин наблюдала, как они поворачивают направо.
Поравнявшись со входом, она увидела, как они покупают билеты и перегруппировываются по другую сторону от кассы, во внутреннем дворике, обрамленном арками, где небольшая группа людей уже ждала гида. Судя по всему, у нее было еще немного времени до начала следующей экскурсии, поэтому, чувствуя сильное беспокойство в животе, но сказав себе, что лучше покончить с этим, она убралась с глаз долой и со слуха собирающейся экскурсионной группы, заблокировала определитель номера и позвонила Хью Джексу.
Он ответил после нескольких гудков, судя по голосу, нетерпеливо.
— Алло?
— О, привет, Хью, — сказала Робин. — Это Робин Эллакотт.
— Робин! — сказал он удивленно и радостно. — Погоди, дай мне где-нибудь поговорить…
Она услышала, как он идет, предположительно прочь от коллег.
— Как дела? — спросил он.
— Отлично, — ответила Робин. — Как ты?
— Неплохо. Лучше стало, когда я тебя услышал. А то я уже начал думать, что мне померещилось.
Робин, которая не считала, что призраком можно считать отсутствие предыдущих отношений, ничего не ответила. Она могла сказать, что Джекс ожидал заверений, потому что его голос звучал более уверенно, когда он продолжил,
— Да, так вот — я подумал, не хочешь ли ты как-нибудь поужинать.
— Хм, — сказала Робин, — я… я так не думаю, Хью. Но все равно спасибо.
Когда он не ответил, Робин добавила, внутренне сокрушаясь,
— Просто я сейчас не готова к свиданиям.
Молчание.
— Итак, надеюсь, у тебя все хорошо, — сказала Робин торопливым голосом, — и…
— Ну, вообще-то, нет, — сказал Хью, и его внезапный переход к тому, что звучало как холодная ярость, шокировал ее. — Вообще-то, у меня не все в порядке. Я вернулся на работу только на этой неделе после того, как меня уволили из-за депрессии.
— О, — сказала Робин, — мне жаль слышать…
— Я обсуждала тебя со своим психотерапевтом, собственно говоря. Да. Потратил много времени, рассказывая о тебе и о том, каково это — звонить кому-то постоянно, а он даже не отвечает на ваши звонки.
— Я не знаю, что на это сказать.
