Я снова вжала голову в плечи, будто это меня, а не Райана, подслушал Алджернон. Кстати сказать, Райан — не дурак и наверняка не стал бы говорить подобное вслух, не будь он уверен, что отошел достаточно далеко и, следовательно, Уилфорт его не услышит.
— Может быть, все-таки надо было им сказать? — облегченно выдохнув (все хорошо, что хорошо кончается), высказалась я.
Алджернон, как раз отправивший в рот последний кусок, помотал головой.
— Кто-то из преступников служит в участке, — напомнил он. — Это совершенно точно. По меньшей мере, он подкинул в твой кабинет улику. А вероятнее всего, также информировал кого надо о ходе расследования. Поэтому никакой утечки информации быть не должно. В сущности, поведение твоих коллег как раз и доказывает ему, что все идет как надо.
Я вздохнула. Рационально я эти доводы не могла не принять, но перед ребятами все равно было здорово неловко.
— Все, — Алджернон, поднимаясь, вытер губы белоснежной салфеткой. — Прости, но мне нужно бежать дальше. А твоим коллегам я пока надавал срочных заданий, так что очень надеюсь, что эту проблему я решил.
Поцеловав меня, он вышел в гостиную и почти сразу же исчез. Видимо, пространство гостиной лучше всего подходило для открытия порталов.
Почти весь остаток дня я провела в своей комнате — хотя странно и непривычно было так называть комнату в этом доме. Вечером Алджернон вновь материализовался в гостиной, еще более усталый, чем днем. Усталый, но на сей раз не разгневанный, так что его лицо было не раскрасневшимся, а бледным. На тот момент я читала книгу по темной магии и узнала о его появлении лишь тогда, когда он сам постучался в мою распахнутую дверь.
— Как прошел день? — озабоченно спросила я, поднимаясь с кресла.
— Ничего, — откликнулся Алджернон. — Продуктивность ниже, чем хотелось бы, но приемлемо. — Он расстегнул камзол и утомленно потер виски. — Твой Веллореск приходил.
Меня чрезвычайно «порадовало» это «твой».
— А что он от тебя хотел? — удивилась я.
— От меня — ничего, — хмыкнул Алджернон. — Он настаивал на встрече с тобой.
Мне стало его по-настоящему жалко, настолько, что я простила и «моего» Веллореска, и почти укоризненный тон. Сначала ребята из отдела ему покоя не давали, теперь вот Дункан.
— То есть он не знал о моем аресте?
Алджернон качнул головой и сразу же поморщился, из чего я сделала вывод, что у голова у него болит, и достаточно сильно.
— А чего он хотел?
— Это и меня заинтересовало. Сначала он категорически отказывался со мной разговаривать. Дескать, намеревался кое о чем посоветоваться с Тианой Рейс, но раз ее нет, значит, нет. Пришлось настоять. Тогда он все-таки признался, что у него из дома украли фамильную драгоценность. Сообщать об этом кому попало он не хотел, так что решил обратиться напрямую к тебе.
— Ну вот, кое-что проясняется! — обрадованно воскликнула я и даже сделала несколько шагов по комнате, заложив руки за спину. — Брошь похитили из дома Веллореска, скорее всего, специально для того, чтобы подбросить мне. Конечно, фамильная драгоценность — немного странная взятка, но можно было списать такой выбор на нехватку денежных средств: ведь на тот момент Дункан еще не успел вступить в права наследования.
— Все это правильно, если только сам Веллореск и не стоит за этой историей, — заметил Алджернон. — В последнем случае его сегодняшнее поведение — не более чем умелая игра. Хотя, — он поморщился, словно это признание не доставляло ему удовольствия, — если это игра, то и вправду необыкновенно умелая. Он был очень убедителен, когда напрочь отказывался разговаривать со мной и порывался покинуть участок. Настолько хорошие актеры среди преступников встречались мне нечасто… Но встречались, — все-таки не удержался от замечания не в пользу Дункана он.
— У тебя голова болит? — спросила я после того, как Алджернон в очередной раз приложил пальцы к вискам.
— Немного. — Он пренебрежительно поморщился, давая понять, что это не имеет никакого значения.
— Сядь, — велела я и, взяв его за руку, сама подвела к краю застеленной кровати.
И откуда только взялись такие повелительные нотки? Будто он — не начальник, а недисциплинированный свидетель. Впрочем, формально он ведь действительно больше мне не начальник? Воспользоваться ситуацией и немного покомандовать — это буквально-таки святое.
То ли мой тон сработал, то ли Алджи просто слишком устал и оттого не сообразил, что что-то не так. Так или иначе, он послушался. Я тут же забралась на кровать с ногами (благо, скинуть тапочки было секундным делом), села у него за спиной и принялась осторожно массировать виски. Для этого пришлось предварительно отвести за уши густые светлые волосы. До чего же непривычно в подобных интимных ситуациях видеть перед собой именно этот цвет!
Сопротивляться Алджи не стал, наоборот, прикрыл глаза и блаженно выдохнул.
— Вам удалось немного продвинуться по делу? — спросила я, перейдя на шею. — Или не скажешь из-за тайны следствия?
— Почему ты так решила? — удивился он. Но, впрочем, глаз не открыл. — Информация, конечно, засекречена, но ведь не от тебя.
