— Долго! Ещё три-четыре месяца, максимум полгода, и от нас начнут разбегаться люди, потому что мы перестанем им платить. Надо быстрее!
— Я постараюсь. Но обещать ничего не буду.
Антонов, к большому удивлению Виктора, прореагировал на новый клип точно так же, как Арсентьев. Только после первого просмотра, во время которого тоже хохотал как ребёнок, сам попросил посмотреть ещё раз. И так же, как Алексей, глубоко задумался после второго. Потом встал, походил по кабинету, снова уселся в кресло и спросил:
— А что вы хотели бы сказать в закадровом тексте? То есть идея-то понятна, но что именно?
— Ну-у, — протянул Руденко, — если что-то делать вместе, то результат положительный, а если воевать — то всё наперекосяк идёт.
— Ага! То есть никакого скрытого подтекста быть не должно? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Олег Васильевич.
— Нет, не должно, — покачала головой Маша, — мы решили, что чем проще, тем лучше. Точнее, чем понятнее, тем лучше… К тому же мотивы клипа — из первых, ещё довоенных мультфильмов. Им больше семидесяти лет уже. Может и разрешение от правообладателей не потребуется.
— Тогда… может быть так… — Антонов подошел к своему рабочему столу, пробежался пальцами по клавиатуре и развернул к ним монитор. Там было написано:
«Всем известно: в сказках бывают положительные и отрицательные герои. Если они враждуют друг с другом — плохо всем. Но если действуют заодно, — наоборот, всем хорошо. А теперь посмотрите вокруг. Разве в обычной жизни не то же самое?»
Маша с Виктором внимательно перечитали текст несколько раз, посидели, подумали, переглянулись, и девушка предложила:
— Давайте заменим «положительные и отрицательные» на «разные».
— Да, пожалуй, так будет лучше, — согласился рекламщик.
Пообсуждав ещё около часа разные формулировки, утвердили окончательный вариант:
«Как известно, в сказках бывают разные(!) герои. Если они враждуют друг с другом, — всем плохо. Но если действуют заодно, — наоборот, всем хорошо. Посмотрите вокруг, в обычной жизни — то же самое. Ведь ПравДа?!»
Руденко при записи закадрового текста пожелал (про себя, само собой): «Вот чтоб до всех, до кого надо, дошло наконец, что строить — гораздо выгоднее, чем ломать!» И не то, чтобы злился при этом, но чувствовал, что любому, кто осмелится оспаривать такую очевидную (как ему казалось) истину, готов «плюнуть в лицо», что называется…
Вышедший через неделю клип мгновенно стал похож на взрыв при пожаре во время наводнения. То есть одновременно очень горячо, много шума и очень много воды. Прямо с момента выхода он ежедневно становился рекордсменом по количеству комментариев. Количество просмотров уже никого не интересовало — десятком миллионов больше, десятком меньше… Ролик попал во все более-менее значимые новостные каналы, его обсуждали в политических, экономических, социальных и прочих ток-шоу, у Виктора с Машей за несколько дней набралось под сотню запросов на интервью и несколько десятков приглашений на различные шоу. При этом, в отличии от предыдущих фильмов, всё было далеко не однозначно. Кроме привычных уже «Супер!», «Шикарно!» «Спасибо за отличный ролик!», появились и дизлайки, и люди, вопившие «Да как вы посмели поднять руку на…»; дальше шли самые разные варианты: на «святое», на «демократию», на «символ истинной свободы», на «саму историю»… Дошло до того, что какие-то гаврики организовали сбор подписей под петицией Ютубу о блокировке канала «Magical Sand». И даже собрали несколько десятков тысяч подписей. Все попытки оппонентов возразить этим радетелям «истинной свободы и демократии», что, мол, клип совсем не о нападках на свободу и демократию, послушайте авторов, они прямо сказали — о чём, тупо игнорировались.
Виктор с Машей, после недолгих обсуждений решили не ввязываться в дискуссию.
— Мы всё, что хотели, сказали. Коротко и, по-моему, абсолютно понятно! — отрезала девушка.
— Но ведь имелось ввиду и кое-что другое, — напомнил Руденко.
— Сначала — да. Но ты вспомни, я же сама захотела изменить концовку. А она сильно всё смягчает.
— Именно, что смягчает. Но не убирает совсем, — возразил Виктор. — Может быть всё-таки стоит как-то извиниться перед теми американцами, кто реально обиделся?
— На обиженных воду возят, — буркнула Маша. — Нет, если извиняться, ещё хуже будет, мне кажется. Лучше молчать. Как партизаны на допросе. А вот добавить ссылки на те самые две серии, которые стали, так сказать, источником нашего вдохновения, наверное — стоит.
— Тогда уж лучше новый ролик смонтировать: кусочек из первоначального мультфильма — наш кусок с теми же действиями и теми же результатами. Чтобы даже идиотам было понятно, откуда что взялось.
