- Что это? - удивился Адам.
- Это наш папа! - мечтательно вздохнула миссис Таунсенд.
- Давно он не брал ее в руки! - хмыкнула Эмма.
- Зато теперь понятно, откуда у Эрика талант! - рассмеялась Джулия.
Блайд немного посомневался, но все же поднялся и вышел из кухни, чтобы заглянуть в кабинет отца. Притаившись в дверях, он не рискнул нарушать творческое наитие родителя и выждал, когда на него обратят внимание. Мистер Таунсенд опустил скрипку и снова сел за стол.
- Возможно, она права, - задумчиво разглядывая инструмент, признал отец.
- Кто? - переспросил парень.
- Подруга твоя, - вздохнул упрямец, отвернулся, достал из стола квадратную пластмассовую коробку и выложил на стол.
Эрик посмотрел на предмет и очень удивился, опознав в нем диск с собственными песнями. Это был самый первый его альбом! Блайд хотел извиниться перед отцом, и тут вдруг весь дом наполнился криками. Мужчины мигом вылетели из кабинета в кухню, где вопила Эмма. Адам придерживал ее под руки, выводя к машине. С другой стороны роженицу уговаривала дышать правильно мама, а Анна бегала по ступенькам с уточнениями, где лежит необходимая сумка, как она выглядит и что нужно прихватить еще. Альфред плакал, перепуганный до ужаса. Его успокаивала Джулия.
- В следующий раз сам рожать будешь! - отчитывала супруга Эмма и передразнивала краснеющего Адама. - "Давай родим девочку. Это же так классно иметь дочку!". Убью!
- Милая, ну не переживай так! - приговаривал муж.
- Не переживай? - орала она. - Дайте мне нож! Я хочу показать ему, как мне сейчас приятно!
Как бы ее не успокаивали, она всю дорогу грозила супругу расправой, кастрацией и прочими жуткими делами. "Вот не думал, что она такая кровожадная!" - пробурчал папе Эрик, сидевший за рулем.
- Я не хочу замуж! Не хочу детей! В монастырь уйду! - как мантру повторяла младшая сестра, наблюдая за муками старшей.
В ближайшей к дому клинике Эмму сразу же увезли в родильное отделение, оставив всю семью дожидаться в приемном покое. Адам не находил себе места, меряя шагами коридор. Эрик пытался его успокоить, но получалось плохо, поэтому к делу по усмирению зятя подключился мистер Таунсенд. Однако, на все их уверения мужчина пугливо оглядывался по сторонам и тихо бубнил себе под нос: "Она меня точно убьет!". Женщины сидели за небольшим столиком и мастерили что-то из оберток от конфет.
- Что вы делаете? - заинтересовался Эрик.
- Нервы успокаиваем! Вам тоже было бы не плохо! - ответила ему Джулия, не отвлекаясь от занятия.
Вскоре бумажными поделками увлеклись не только мужчины, но и другие посетители клиники. А медсестры с удовольствием пожертвовали цветную бумагу для миленьких оригами, созданных семейством Таунсенд.
Эмма родила. Еще одного мальчика. Его как раз принесли матери, когда посетители пришли в палату, обступив кровать роженицы. Адам боялся подойти к супруге, грозившей ему совсем недавно разнообразными изуверствами. Но, кажется, сейчас ей было не до этого. Она глядела на крошку в своих руках и улыбалась.
- Как ты себя чувствуешь, родная? - спросил все таки Адам и пожалел об этом, когда встретился взглядом с женой, явно не забывшей об озвученных ранее обещаниях.
- Я тебя люблю! - напомнил он и выставил вперед себя Альфреда, любопытно разглядывающего сверток в маминых руках.
- Джули, - обратилась роженица к девушке. - Хочешь подержать?
- Давай его нам! - не дал опомниться ей Эрик, стоявший за спиной украинки и протянул руки вперед, подхватывая малыша.
Джули оказалась в объятиях Блайда, колышущего при этом ребенка. Она смотрела на крошечное беззащитное создание и чувствовала, как наворачиваются слезы на глаза.
- Я тоже такого хочу! - выдал у самого ее уха Эрик.
- Блайд, - улыбнулась девушка. - С твоим счастьем у тебя родится девочка! Она будет сводить тебя с ума требованиями купить куклу, помаду, побрынчать на твоей гитаре...
- Короче, будет полностью твоей копией! - рассмеялся парень, повеселив и остальных свидетелей их диалога.
- Да уж, вам бы действительно своего ребенка завести! - констатировала миссис Таунсенд и мечтательно закотила глаза. - Внучка, похожая на Эрика!
Парень тут же вернул младенца матери, но девушку так и не выпустил из объятий. Ей было хорошо и так уютно чувствовать себя частью его мира, его семьи, что Джули просто светилась от счастья, наверное, даже больше, чем Эмма.
Новые идеи
Счастливые спокойные будни в семье музыканта достаточно резко закончились. Настало время возвращаться к работе, обратно в Лондон. Прощаться с Таунсендами было больно. Джулия чуть ли не рыдала, когда ее по очереди обнимали: мама, Анна, Альфред и Адам. Мистер Таунсенд обошел скромным кивком, но с сыном он все же обнялся, забыв о прошлых разногласиях, чему порадовались абсолютно все. Однако, после фразы, брошенной мамой Эрика: "Теперь ты часть нашей семьи!" - Джулия разревелась так, что Блайду пришлось ее успокаивать минут десять и подавать один платок за другим, которые тут же слюнявились и выбрасывались.
