– Мар! – закричала сестренка, бросаясь мне навстречу.
Я не успела ничего сказать, как она повисла у меня на шее.
– Габи… Что ты здесь делаешь? – спросила я, стараясь скрыть тревогу и страх.
– Что я здесь делаю?! – воскликнула она, обнимая меня. – Тебе же исполняется двадцать один год!
Я выдавила улыбку и пришла в ужас, увидев, какой красавицей она стала, как она выросла; в голове крутились слова Маркуса о моей сестре: «Твоя сестричка очаровательна, Марфиль. Ей пятнадцать, если не ошибаюсь? Самый чудесный возраст для девушки, она начинает взрослеть».
Маркус подошел к нам, и сестра встретила его широкой улыбкой от уха до уха.
– Спасибо, что помог мне уговорить отца, Маркус! – сказала она, обнимая и его. Я задержала дыхание, и Маркус с улыбкой посмотрел на меня.
– Это было нетрудно, принцесса.
Он называл ее принцессой, как и меня, и это означало, что все мы для него одинаковы… Или он давал мне понять, что она тоже может быть его принцессой? А может, напоминал, что произойдет, если я не буду выполнять его желания?
– Он хотел сделать тебе сюрприз, Мар, но я сказала, что ты слишком умна и обязательно что-то заподозришь, если вы прибудете в Нью-Йорк точно в твой день рождения.
Я натужно улыбнулась и кивнула.
– У тебя что-то случилось, сестричка? – спросила она, вывобождаясь из объятий Маркуса и обеспокоенно поворачиваясь ко мне.
Маркус поджал губы. Только это и было мне нужно, чтобы выпустить на волю актрису, скрывавшуюся внутри.
– Я просто устала с дороги, – сказала я, взяв ее за руку. – Ты уже познакомилась с Рико? – спросила я, подзывая пса, который тут же бросился мне навстречу. Сестренка восторженно распахнула глаза, тут же схватила его на руки и принялась гладить.
– Этот песик – самое прелестное создание, какое я видела в своей жизни! – воскликнула она. – Он еще щенок, да?
Я невольно рассмеялась.
– Даже не думай в него влюбиться! – предупредила я, забирая у нее пса и входя в квартиру. – Где наша комната, Маркус?
И тут в дверях показалась Нейти.
– Я покажу вам дорогу, мисс, – сказала она, жестом приглашая следовать за ней.
Я немедленно последовала за ней. Мне хотелось избавиться от Маркуса, хотелось сказать сестре, чтобы поскорее отсюда убиралась. Но как я могла это сказать, не вызвав подозрений? Как я могла рассказать ей о случившемся и о том, что ей тоже грозит опасность?
Я не могла ничего поделать, оставалось лишь плыть по течению. Габриэлла последовала за мной, болтая о предстоящем празднике, своем платье, Рико, в каком она восторге от наших отношений с Маркусом и как трудно было уговорить отца позволить ей приехать…
Это вызвало у меня множество вопросов. Отец боится за мою младшую сестренку? Маркусу пришлось уговаривать нашего предка разрешить ей приехать, хотя тот в курсе, что подвергает ее опасности? Но последний ее вопрос меня просто ошеломил.
– А что случилось с Себастьяном?
Моя рука замерла на ее голове – я заплетала ей косички перед выходом на улицу. Моя сестра редко бывала в Нью-Йорке, и теперь ей хотелось прогуляться по Пятой авеню и посетить бутики любимых модельеров.
– Он больше не работает моим телохранителем, – ответила я, вспомнив о задаче изгнать из памяти образ человека, которого я считала влюбленным в меня.
– Я думаю, он сходит по тебе с ума, – ответила она, улыбаясь в зеркало.
– Твоя сестра кого угодно может свести с ума, Габриэлла, – произнес голос Маркуса за нашими спинами. – Это ни для кого не секрет.
Я напряглась, и сестра это заметила, судя по взгляду, который на меня бросила.
– Я всегда говорила, что она должна стать моделью, – сказала она, поддерживая беседу. – Ты знаешь, что самые известные дизайнеры предлагали целое состояние, чтобы заполучить ее, и она всем отказывала?
Маркус прислонился к стене и улыбнулся, но в глазах у него не было радости.
– Почему, Марфиль?
Было немало причин, по которым я отказывалась от всех предложений, и одна из них – мой отец.
– Меня это не интересовало, я предпочитала учиться.
Маркус задумчиво кивнул.
– Сейчас, когда ты со мной, учиться тебе не обязательно, – сказал он. – У тебя и так ни в чем не будет недостатка.
Сестра развернулась на стуле и сердито посмотрела на Маркуса.
– Марфиль учится не только ради будущих заработков. Просто ей нравится учиться. Верно, Мар?
Я посмотрела на Маркуса и кивнула.
– Даже если она будет с тобой, – продолжила Габриэлла, – я уверена, она захочет работать и быть независимой.
Маркус посмотрел на нее, а я не знала, сердиться мне на нее или благодарить.
– Ну хорошо. Это мы потом обсудим.
Я на миг зажмурилась, видя, что сестра опять вернулась к этой теме. А впрочем, чего я от нее ждала? Она повторяла все, что слышала от меня, с тех пор как научилась связно мыслить.
– Это не тебе решать…
– Габриэлла… – начала я, но Маркус перебил меня, подняв руку.
– Все, что касается твоей сестры, решаю я, – сказал он.
Габриэлла недоверчиво посмотрела на него, а затем на меня.
– С каких это пор ты позволяешь кому-то решать за тебя?
«Черт… Габриэлла, прочти уже мои мысли и заткнись».
– Маркус не это хотел сказать…
– Я хотел сказать именно это.
