— Я думал, это очевидно, учитывая то, что ты теперь знаешь.
— Очевидно? — я невольно посмотрела на Блэка, вздрогнув одновременно с ним, когда опустившийся на колени видящий начал очищать двойные дыры в его боку, используя какое-то дезинфицирующее средство. — Что ж, это не очевидно, — сказала я, поворачиваясь обратно к дяде. — Зачем ты заставил его охотиться на Йена, когда ты явно имел возможность самостоятельно поймать Йена? Зачем ты вообще его забрал? К чему все это дерьмо с тем, якобы Блэк должен выплатить какой-то «долг» за помощь нам в Бангкоке?
Дядя Чарльз вздохнул, тихо щёлкнув языком.
Когда он посмотрел на меня в следующий раз, я знала, что мне не понравятся его слова.
Он сделал полушаг назад, делая успокаивающий, волнообразный жест рукой.
— Мне нужно было его проверить, Мириам, — сказал он. — Вот и все. Он никогда не находился в настоящей опасности. Не с моей стороны.
Я прищурила глаза.
— Проверить его? Что это значит? Как?
— В каком смысле как? — дядя Чарльз издал невесёлый смешок, очередным грациозным жестом руки указывая на Блэка. — В кровной линии моей семьи осталась всего одна родственница, Мириам… одна. Мой брат мёртв. Его человеческая жена мертва. Моя другая племянница мертва. У меня нет своих детей, и вполне возможно, никогда не будет.
Он перевёл открыто враждебный взгляд на Блэка.
— Я думаю, что защищаю эту девушку… которую люблю всем сердцем, даже в отрыве от моего обязательства перед ней, как перед моей кровной родственницей… как внезапно тот, кого я нанял за ней присматривать, пытается её убить. Несколько недель спустя она подвергается нападению, изнасилованию… жестокому обращению. Почему же все это происходит, мне интересно?
Снова сердитый взгляд на Блэка.
— …А оказывается, Мириам, что все это прямо или косвенно вызвано тем, что мою дорогую, обожаемую, самую любимую и единственную выжившую племянницу активно обхаживает видящий, о котором я совершенно ничего не знаю. Более того, все, что я о нем знаю, помимо вышеупомянутых несчастий, которые он навлёк на мою дражайшую Мириам меньше чем за шесть месяцев…
Снова сердитый взгляд на Блэка.
— … Это то, что он умудрился сколотить небольшое состояние, давая людям советы относительно курсов акций на биржах. Что он работал солдатом и наёмником… опять-таки, на людей. О, и он годами отвергал неоднократные попытки от всего сердца связаться с ним и установить более тесный контакт с представителями его же вида. Он не выказывал ни капли интереса к любым предложениям, которые я выдвигал, чтобы дать ему нечто большее, нежели его жалкая псевдо-человеческая жизнь. Он с самого своего прибытия практически задрал нос, не желая якшаться с себе подобными, живущими на Новой Земле…
Я ощутила шёпот злости от Блэка.
Что касается меня, я уставилась на дядю, разинув рот.
— …Я не собирался позволять очередному… бунтарю… навлечь гибель на мою единственную выжившую родственницу. Или позволить внушить ей свои анти-видящие убеждения. Так что когда я осознал, что вы двое завязали отношения… и что это взаимно… я вытащил его сюда. Я хотел сам его проверить. Более того, я ощущал необходимость немного побеседовать с ним. Как старший с младшим. Видящий с видящим. Мужчина с мужчиной, если тебе так угодно. В этот раз всерьёз.
— Ты… — я запнулась на этом слове. — … Вытащил его?
— Да.
— Ты… — я взглянула на Блэка, затем уставилась на дядю Чарльза. — Ты сделал это из-за меня?
— Да! Да! Конечно, Мири. Ты разве меня не слушала?
Я продолжала таращиться на него, чувствуя, как усиливается чувство тошноты.
— Ты… пытал его. Домогался его… насиловал его. Заставлял его убивать людей. Послал его в лагерь религиозной промывки мозгов. Пырнул его в живот и оставил Йену на растерзание… и все это, чтобы ты убедился, что он подходящий кандидат…
Я встретилась с ним взглядом, все ещё не в состоянии осознать свои слова.
— …чтобы встречаться со мной?
— Проклятье, так и есть! — дядя Чарльз хлопнул ладонью по спинке стула, возле которого стоял, и в его голосе звучала открытая злость. — Мириам, я допустил ошибку, позволив Йену подобраться к тебе слишком близко. Я совершил ещё одну ошибку, позволив ему завязать с тобой отношения, не проверив более детально его ментальную стабильность. Я допустил ещё более крупную ошибку, подумав, что Солоник подчинится моим конкретным приказам, когда я сказал ему, что ни при каких обстоятельствах ему не разрешается похищать тебя, чтобы шантажировать Квентина Блэка. Я не собирался допускать эту ошибку вновь… только не после Солоника. С меня довольно. Я вытащил Блэка, чтобы провести тщательную оценку…
— Бл*дь, я взрослая женщина! — взорвалась я с открытым неверием. — Ты кем себя возомнил, черт подери? Ты исчез из моей жизни на двадцать лет, оставив меня одну, когда я была ребёнком и действительно в тебе нуждалась… только для того, чтобы появиться и начать выбивать дерьмо из моего нового парня в каком-то извращённом проявлении родительской заботы?
— Мириам, я беспокоился о тебе…
— …И что же именно ты в нем «оценивал»? Его верность расе? Его верность мне? Тебе? Вашему драконьему богу? Чему?
