Я кивнула, и мы нехотя вернулись обратно. Пытаясь отвлечь меня, Маркус позвал потанцевать, и я на некоторое время забылась, снова уткнувшись в него лицом, чтобы ничего не видеть, но потом Деймор взял слово, и все повернулись в нему. Король вышел со своей пассией на середину зала, и я только сейчас обратила внимание на тусклые линии, образующие на полу некий узор.
— Сегодня я представил вам свою избранницу, и теперь черёд представить Изабеллу Повелителю. Выйдите вперёд, — приказал он, и все живые люди двинулись к нему, идя, словно в оцепенении.
Их было много, очень много… Они вышли в центр и встали широким кругом вокруг пары, а когда кольцо сомкнулось, символы начали светиться алым. Деймор приподнял руку и внутри круга начала появляться красная дымка. Она тянулась от людей к вампиру, и сначала я думала, что это энергия, но потом поняла, что это мелкие искрящиеся бликами капельки. Кожа трескалась, и из неё просачивалась кровь, заполняя круг, а знаки по краям светились всё сильнее и сильнее. Но глаза жертв больше не были затуманены. Они стояли, скованные заклятием, но всё осознавали и смотрели полным ужаса и боли взглядом друг на друга. Они не могли кричать, но мне хотелось орать за них от страшных картин, как по кусочкам их тела разваливаются, насыщая круг. Люди мучились в агонии, пока не исчезли полностью, оставив от себя лишь упавшую на пол одежду. Завершив узор, кровавые линии и письмена загорелись ярко-красным светом.
И теперь я ясно поняла, что имел ввиду Маркус, говоря, что девочке было так лучше. Я почти вскрикнула и закрыла рот рукой. Хотелось сбежать куда угодно, только бы не видеть этого. Дёрнувшись несколько раз, я велела меня отпустить, высвободилась из объятий и побежала в сторону террасы, боясь упасть в обморок или разреветься посреди толпы этих чудовищ.
В саду никого не оказалось. Я добежала до изгороди, и меня чуть не вырвало, хорошо, что желудок был пустой. Сев на лавочку, я закрыла лицо дрожащими руками, не веря в то, что я вообще участвую в этом кошмаре. Мне никогда не стать такой, как они. Я не могла принять абсолютное безразличие к человеческим жизням. Это не разбойники или убийцы, это просто люди, пришедшие искать защиту, а что они получили? Только мучительную смерть и абсолютное безразличие.
Меня отвлекли быстрые шаги, но я слишком поздно среагировала, ощутив, что это был не Маркус. Меня схватили сильные руки, больно ударили о землю и с силой прижали. Я попыталась закричать, но незнакомый вампир с безумным взглядом зажал мне рот, а второй рукой задрал платье и подобрался к трусам.
— П-п-простите, — дрожащим голосом вдруг сказал он, а в его глазах отражался чистейший страх, — я не хотел! Я этого не хотел, я не могу сопротивляться…
Я попыталась отбиваться, но он только крепче прижал меня, не давая двигаться, и тут я почувствовала вспышку обжигающей ярости, отразившуюся во мне острой болью, а всё вокруг мгновенно потемнело. Незнакомца с меня сорвали, послышались крики, а когда тьма рассеялась, я увидела Маркуса в крови. Она текла изо рта, заляпывая рубашку, а глаза полностью почернели, в руке он сжимал сердце. Рядом осел нападавший, он держался за разорванную глотку, и в его груди зияла дыра, а потом вампир просто распался в пыль. Я закрыла рот руками, ещё не до конца осознав, что произошло, но внутри я просто кричала от отчаяния.
— Убийство высшего, — громко раздался голос короля, — карается по закону.
Взглянув в сторону говорившего, я заметила толпу вампиров, вывалившую на террасу. Все с ужасом переводили взгляд с меня на Маркуса и на то, что осталось от убитого. Маркус повернулся к Деймору, и потоки тьмы поползли от него в сторону монарха, но тот лишь ехидно улыбнулся.
— Не так быстро, — мотнул он головой.
Меня резко схватили, поставили на ноги и приставили кинжал к сердцу. Не может быть! Вампиры не могли причинить мне вред! Я дёрнулась и скривилась от боли, и ясно осознала, что держали меня отнюдь не вампиры. Я дёрнулась ещё несколько раз, но кончик лезвия всё глубже прорезал кожу, и я вскрикнула.
— За убийство высшего вампира, — продолжил король, даже не скрывая своего ликования, — я приговариваю тебя к трёмстам годам заключения без возможности выйти раньше. Если ты не подчинишься и не отправишься в тюрьму, твоя избранница окончательно умрёт.
В душе что-то оборвалось, оставив после себя зияющую пустоту. Меня бросило в холод, от осознания происходящего тело сковал липкий ужас, а грудь сдавило, будто на неё наступили. Маркус был в бешенстве, он метался, но ничего не мог сделать. Я чувствовала его бессилие и отчаяние, но он всё понимал и не мог допустить моей смерти.
— Время уходит, — напомнил король, и в сторону Маркуса двинулись стражи, — если ты не сдашься, её убьют на твоих глазах прямо сейчас. Вампиры не могут причинить ей вред, но вот люди могут. И по моего приказу они это сделают.
В подтверждение его слов клинок сильнее вонзился в кожу, и я вскрикнула. Маркус дёрнулся, но я резко взвизгнула, чувствуя, как лезвие с давлением уходит вглубь.
