– Вы смеетесь надо мной?!

– Нет, к сожалению, я вполне серьезно. Знаете, моя бабушка была цыганкой, и она мне рассказывала, как можно понять, что человек одержим дьяволом. Я, конечно, тогда был ребенком, принимал ее рассказы за выдумки. Но с возрастом понял, что моя бабушка рассказывала правду. Есть столько всего необъясненного и необъяснимого, так что попробуйте, поговорите со священниками или с шаманами, откуда знать, кто поможет!

Следом когортой пошли экзорцисты, суфии, шаманы, маги всех направлений. Ничто не помогло. Одним утром отец заверещал, задергался и вытянулся на кровати. Тело от греха подальше сожгли, как и все, находившееся в его комнате. Дом Мансур продал, а мать поселил в дорогой резиденции для престарелых, где, впрочем, она не задержалась. Мансур же постарался забыть обо всем этом как о дурном сне. Но пять лет назад он понял, чего так боялся отец. Теперь был его черед. От безвыходности ситуации его сначала бросило в дрожь, потом он напился так, как ни разу в жизни не напивался, даже в молодые годы. Неизбежность нависла дамокловым мечом. И он взбунтовался: нет, этого он не позволит! Он – не его отец! Он будет бороться, и он знает, как бороться! И началось изматывающее сражение. Иногда ему казалось, что он освободился, но последнее время приступы участились. Вот и сейчас до прихода Тени оставалось еще полдня, полдня, которые он сможет посвятить борьбе с ней. О Зеркале Ангелов ему поведал один из многочисленных магов, к которым он обратился, когда священники всех существующих религий признались в собственном бессилии. Этот маг был глубоким стариком, никого давно уже не принимал, жил на окраине Гренады. Именно он выдал на первый взгляд совершенно простую идею – попросить заступничества у ангелов. Когда Мансур признался, что посетил все возможные святые места на планете, старик только махнул рукой и заявил: «Найдите их зеркало, тогда вы сможете попросить их о помощи напрямую, без посредников!»

<p>Глава 8. Ищите и обрящете</p>

Москва, сентябрь 1589 года

Федор проворочался всю ночь и заснул только под утро. Встал позднее обычного, спустился на кухню хмурый.

– Ну что, думу свою надумал? – поинтересовался крутившийся у печки дядя.

– Надумаешь тут, – проворчал Федор, – это сказка быстро сказывается.

– В этом ты прав, – закивал Василий, – да только и мне есть что тебе рассказать. Давеча не стал тебя беспокоить, а сейчас, думаю, рассказать все-таки надо.

– Рассказывай.

Довольный вид дяди говорил сам за себя.

– Я везде покрутился, – начал издалека Василий. – Люди, сам знаешь, много чего говорят. И везде и уши, и глаза имеются. Это так только кажется, что все шито-крыто, да только свидетели ненужные завсегда найдутся… – и дядя снова многозначительно замолчал, наслаждаясь нетерпением собственного племянника.

– Давай рассказывай, не тяни, – прервал затянувшуюся паузу Федор.

– Так вот, на одном постоялом дворе, что в Урочицкой слободе, юноша один третью неделю уже комнату снимает, и приходит туда к нему девица одна… Молодец уж очень на старшого сыночка Ромодановского смахивает, ну а голубка его…

– На Анну Шацкую, – продолжил Федор и пожал плечами, – в принципе этого и следовало ожидать.

– Дело-то оно молодое, горячее, – улыбнулся Василий, – да только родителей девицы вряд ли новости такие порадуют. А Фролку покойного все на постоялом том дворе знают. Частым гостем был у них наш сказитель.

– И в тот вечер, когда Фрола отравили, дворовые видели, как Анна спускалась в подклет, – задумчиво проговорил племянник.

Дядя перекрестился:

Перейти на страницу:

Все книги серии Кася Кузнецова

Похожие книги